Не подумайте, что я вру. У папаши Тостера действительно имелся миллиард и не один. Если тебе принадлежит по всему миру целая сеть супермаркетов для бедных «Лопай сам!», тут поневоле разбогатеешь. Тем более, имея единственную дочку и дуру-жену. Причем жена Поппа Тостера была дурой вовсе не в переносном смысле, а в самом прямом. Поэтому последние десять лет она находилась в частной лечебной клинике с диагнозом «благоприобретенный прогрессирующий идиотизм на почве отравления телесериалами».

Но надо сказать, что Пеппи Тостер, у которой здравый разум давно был помрачен папашиным миллиардом, и впрямь считала себя писаной красавицей. Потому ухаживать за ней выходило делом не простым, а даже муторным. Она вовсе не сидела в ожидании того единственного, кому достаточно будет только обратить на нее внимание, как богатая старая корова тут же кинется ему на шею. Отнюдь нет. Женихов вокруг Пеппи хватало. Оттого Сэнду Муду пришлось пустить в дело весь свой богатый опыт и шарм истинного ирландского террориста для устранения конкурентов. Последовала цепь искусно спланированных взрывов бытового газа, отравления контрабандной черной икрой, а также случайных падений по пьяной лавочке в реку Темзу (не забывайте, дело происходило в Лондоне, а там течет эта самая река).

В конечном итоге роковую роль сыграл, так сказать, неотразимый образ храброго парня, умеющего за две минуты по секундомеру собрать и разобрать любую автоматическую винтовку. А еще знающего, как отличить настоящий пластид от некачественной подделки. Тем более, слова «ирландский террорист» звучали для стареющей Пеппи Тостер, как музыка ее любимого попурри на темы бродвейских мюзиклов. А вот папаша Тостер многозначительно смотрел вперед. И в этом «вперед» он видел реальную пользу. Мало ли для чего может сгодиться зять ирландский террорист своему тестю британскому миллиардеру? Особенно если этот тесть владеет таким опасным бизнесом, как супермаркеты для бедных. А ведь, как известно, бедные — народ куда более беспокойный в смысле жалоб и претензий, чем богатые. Да еще когда им потворствуют умники из «Комиссии по контролю за качеством пищевых продуктов». Короче, ирландский террорист Сэнд Муд показался куда как симпатичным своему будущему тестю миллиардеру Поппу Тостеру.

День свадьбы был решительно назначен. Сэнд Муд находился на вершине счастья, то есть на самом верхнем этаже одного из лондонских офисных небоскребов, и ждал папашу Тостера. Который должен был вот-вот придти и передать будущему зятю чек на один миллиард фунтов за то, что Пеппи Тостер сменит свою фамилию на Муд. После чего оба, довольные обменом, отправились бы в церковь, где состоялся бы обряда венчания. (Сэнда Муда и Пеппи Тостер, разумеется, а не ее папаши).

Папаша Тостер и в самом деле скоро пришел. И даже принес долгожданный чек. Еще бы не долгожданный! После получения этого чека Сэнд Муд мог бы вообще никогда больше и близко не подходить ни к какой работе, даже к такой непыльной, как работа интенданта у ирландских террористов.

Короче Сэнд взял чек, а папаша Тостер предложил выпить по этому поводу. Совсем по чуть-чуть, только чтобы формально отметить сделку. Сэнд согласился. Если бы он тогда мог знать, к чему приведет его и папашино легкомыслие! Но поскольку знать этого он никак не мог, то попросту ответил:

— Была, не была! Наливайте!

И папаша Тостер полез в потайной бар за бутылкой. А будущий зять Муд — в карман штанов за раскладными стаканчиками. Выпивка, выставленная папашей, оказалась неслыханным и невиданным деликатесом — по крайней мере, Сэнд даже не представлял себе, что подобный напиток вообще существует на свете. Водка «Журавушка», только что доставленная со спецкурьером из далекой России. Сэнд Муд и Попп Тостер немедленно хлопнули по рюмашке.

Когда их выскочившие из орбит глаза вернулись на место, язык развернулся из трубочки, и каждый смог хотя бы вдохнуть, если не выдохнуть, будущие тесть с зятем сразу же хлопнули еще по одной. А потом еще по одной. Таково уж свойство любой русской водки — начнешь рюмашкой, кончишь деревяшкой, в смысле бессловесным бревном. И остановиться на этом нелегком пути никак нельзя. Но потенциальные родственники ни о чем таком понятия не имели, оба пили водку в первый (замечу: папаша Тостер и в последний), раз в жизни.

После того, как бутылка подошла к концу, а папаша Тостер представлял собой не то, чтобы полные дрова, но тело, малоспособное к перемещению без посторонней помощи, Сэнду пришла на ум замечательная идея. Надо сказать, что человеку, который впервые пьет русскую «Журавушку», всегда приходят на ум замечательные идеи. И только когда эти идеи сходят с ума и оставляют своего владельца в «обезьяннике» полицейского участка, становится понятно, что замечательность их весьма сомнительна. Одним словом, закадычный друг Сэнд предложил своему ляпшему корешу Поппу прогуляться до ближайшего лондонского паба. Чтобы «Журавушка» не дай бог, не осталась в одиночестве на чужбине в британских желудках. Папаша Тостер в ответ на это лишь бессмысленно промычал «у-у-у», что было принято Сэндом за его искреннее согласие. (Про свадьбу с приданным оба будущих родственника к тому времени позабыли начисто).

В пабе «Злющая гангрена» зять и тесть продолжили веселье. К тому моменту, когда пасмурный британский день переходил в дождливый британский вечер, Сэнд Муд:

выиграл пари и пять фунтов, разбив головой дубовую лавку;

разболтал всем желающим секреты Ирландской Республиканской Армии;

проиграл в кости раскладные стаканчики;

продал папашу Тостера за полбутылки шотландского виски в Иностранный Легион.

Сам папаша Тостер, перед тем, как его будущий зять сбагрил будущего тестя воевать за французские интересы в независимой республике Буркина-Фасо: