— Я слышала об аварии Люси. Просто ужасно. Надеюсь, с ней все в порядке? — холодно произнесла Кэрри, прихлебывая кофе.

— Вас ни в малейшей степени не заботит состояние Люси, — оборвала я ее. — И не пытайтесь обаять меня — мне все известно. Я знаю, как вы провернули это дело.

— Ничего вы не знаете. — Замороженная улыбка так и прилипла к ее лицу. Вода, струясь, заглушала наши голоса.

— Вы сделали с пальца Люси резиновый слепок, а узнать ее пин-код, при том, что вы так много времени проводили вместе, было нетрудно. Немного наблюдательности, и вы подметили, какие цифры она набирает. Именно так вы обошли электронный замок и проникли в ТИК посреди ночи.

— Господи, ну и фантазия у вас! — Она рассмеялась, но взгляд ее стал еще тверже. — Советую вам поаккуратнее разбрасываться подобными обвинениями.

— Я в ваших советах не нуждаюсь, мисс Гретхен. И хочу вас предупредить: вскоре я получу доказательства, что Люси не было в ТИКе той ночью. Вы хорошо все спланировали, но все же в ваш план вкралась роковая ошибка.

Она молчала, но я чувствовала, как лихорадочно работает ее мозг за этим ледяным фасадом, отчаянно пытаясь сообразить, что же пошло не так.

— Не понимаю, о чем вы говорите, — сказана она уже без прежней самоуверенности.

— Вы, вероятно, хорошо разбираетесь в компьютерах, но вы не криминалист. Все очень просто. — Я излагала свою теорию с убежденностью хорошего юриста, знающего, как вести свою игру. — Вы попросили Люси помочь в якобы проводимом вами исследовании, связанном с системой контроля доступа в ТИК.

— Исследовании? Каком еще исследовании? — злобно произнесла она.

— Вот именно, мисс Гретхен. Никакого исследования не было. Вы солгали ей, чтобы заполучить слепок с ее пальца.

Она усмехнулась.

— Боже ты мой! По-моему, вы насмотрелись фильмов с Джеймсом Бондом. Уж не думаете ли вы, что хоть кто-нибудь поверит…

— Резиновый слепок, — прервала я ее, — вы использовали для взлома электронного замка, чтобы вместе со своими сообщниками совершить акт промышленного шпионажа. Но вы допустили одну ошибку.

Ее лицо перекосилось от злобы.

— Хотите узнать, какую именно?

Она молчала, но ответ был не нужен. Я физически ощущала ее смятение, словно жар от раскаленной батареи.

— Видите ли, мисс Гретхен, — продолжала я все тем же спокойным, рассудительным тоном, — когда вы делаете с пальца слепок, папиллярный узор на нем получается перевернутым, то есть зеркальным. И его отпечаток тоже оказывается инвертированным в сравнении с отпечатком самого пальца. Иными словами, папиллярный узор, введенный вами в сканер ТИКа в три часа ночи, был обратным по отношению к действительно принадлежащему Люси. Их сравнение легко это подтвердит.

Она с трудом сглотнула.

— Вы не докажете, что это сделала я, — сказала она. Ее слова подтвердили, что мои догадки верны.

— Докажем, не беспокойтесь. Но есть кое-что поважнее. Я хочу, чтобы вы уяснили себе одну вещь. — Я наклонилась к ней так близко, что ощущала кофейный аромат ее дыхания. — Вы воспользовались чувствами, которые моя племянница к вам испытывала. Воспользовались ее молодостью, наивностью и порядочностью. — Наши лица почти соприкасались. — Никогда больше и близко к ней не подходите. Никогда больше не звоните ей и не смейте с ней разговаривать. Даже думать о ней не смейте.

В кармане плаща я сжимала рукоять «кольта» тридцать восьмого калибра. Мне почти хотелось, чтобы Гретхен вынудила меня его применить.

— А если я выясню, что именно вы спровоцировали аварию, — продолжала я спокойно, но в моем голосе звенела холодная сталь хирургического скальпеля, — я сама доберусь до вас и буду вас преследовать до конца вашей жалкой жизни. Даже не надейтесь скоро выйти из тюрьмы. Во всех комиссиях по условно-досрочному освобождению и перед губернатором я буду утверждать, что у вас серьезное расстройство личности и что вы представляете угрозу обществу. Вы поняли меня?

— Идите к черту! — бросила она.

— К черту пойдете вы, а не я, — ответила я. — Вы уже в аду.

Она резко поднялась и стремительно зашагала обратно в магазин. С бьющимся сердцем я глядела ей в спину. Какой-то мужчина вошел следом и, остановившись, заговорил с ней. Не знаю почему, но его появление заставило меня задержаться. Что-то в незнакомце сразу же бросалось в глаза: резкие черты лица, сухощавая и в то же время мощная фигура с широкими плечами и узкими бедрами, неестественно черные, глянцевито поблескивавшие волосы… Темно-синий шелковый костюм сидел на нем как влитой. В руках мужчина держал портфель из крокодиловой кожи. Незнакомец повернулся в мою сторону, и на секунду мои глаза встретились с его, голубыми и пронзительными.