Сегодня этим я и занимаюсь. Домашними работами. Снейп варит какое-то зелье, судя по основе, весьма кровавое. Молчим мы уже минут сорок. Работы я проверяю, практически не задействуя мозг – третий курс был не самым сложным на моей памяти. Собственно, я четко понимаю, что если срочно хоть как-то не отвлекусь, то начну за ним наблюдать, и ничем хорошим это не кончится.

– А у меня сегодня получилось аппарировать, сэр, – сообщаю я первое, что приходит в голову.

– Я заметил, – сухо говорит Снейп.

Ах, ты ж!.. Каким, интересно, образом у меня вылетел из головы тот факт, что деканы тоже присутствуют на занятиях?

– А у вас быстро получилось, сэр? – спрашиваю я, пока он не начал надо мной насмехаться.

– На третьем занятии.

– Ого! – ну вот и как им можно не восхищаться? У нас никто так не смог. Только Сьюзен расщепилась – вот и все достижения. А мне до него далеко…

– Лонгботтом, прекратите заниматься самоуничижением, – раздраженно говорит Снейп, даже не глядя в мою сторону и продолжая возиться с зельем. – Вы весите в два раза больше, чем я в вашем возрасте, и еще чем-то недовольны.

– Да, Твикросс это очень удачно заметил насчет моего веса, – хмуро говорю я. – Теперь мне все советуют пару месяцев не есть, чтобы закрепить успех.

– Если некоторые личности путают мышечную массу с лишним весом, это не ваши проблемы, – замечает он и, усмехнувшись, добавляет: – Впрочем, вы можете некоторое время походить по школе без мантии, так сказать, для наглядной демонстрации. Только не удивляйтесь, если вдруг я оштрафую вас на пару десятков баллов за неподобающий вид.

После этих слов мне почему-то становится жарко и появляется дурацкое желание снять мантию прямо сейчас. Интересно, как бы он на это отреагировал? И удалось бы мне выйти из больничного крыла до начала пасхальных каникул или нет?

О том, что за все то время, что я торчу в его лаборатории, он ни разу не снял с меня ни одного балла, лучше, пожалуй, вообще не упоминать.

Я откладываю последнюю проверенную работу и поднимаю глаза на Снейпа. Настоящий виртуоз. Руки двигаются так быстро и точно. Как же мне нравятся его руки! И как же не вовремя все эти мысли!

– Лонгботтом, судя по цвету вашего лица, вам это зелье в ближайшее время не понадобится, – ехидно говорит Снейп, не поднимая глаз от котла, – так что нечего так его разглядывать.

Можно подумать, я зелье разглядываю! Нужно оно мне сто лет! Он привычным небрежным движением отбрасывает назад волосы, и я из последних сил стараюсь сохранить невозмутимое выражение лица. Плевать мне, как эти самые волосы выглядят. В конце концов, не всем так везет с прической, как Гермионе. Пользуясь так кстати подвернувшимся случаем, я пытаюсь представить Снейпа с ее прической и с трудом сдерживаю хохот. Так-то. Лучше уж смеяться, чем возбуждаться. По крайней мере, на его территории.

– Ну и что вас развеселило, позвольте спросить?

– Ничего, сэр, – быстро отвечаю я, кусая губы. – Просто случай забавный вспомнил.

К счастью, на подробностях Снейп не настаивает, потому что придумать какой-нибудь подходящий забавный случай я решительно не в состоянии. Не зная, чем себя занять, я продолжаю отвлеченно наблюдать за ним. Он добавляет в зелье кайенский перец, и некоторое время помешивает содержимое котла три раза по часовой стрелке и два – против. Вдруг его рука на долю секунды замирает – если бы я не смотрел на него в упор, то и не заметил бы – и снова возвращается к прерванному было процессу. Затем Снейп откладывает в сторону ложку и убавляет огонь под котлом. После чего снимает со стеллажа толстую книгу в темно-синем переплете, быстро листает ее и, удовлетворенно хмыкнув, кладет на стол.

– Лонгботтом, подойдите сюда, – командует он.

Я подчиняюсь.

– Это, – взмахом руки Снейп указывает на котел, – Кровевосстанавливающее зелье. Вы его еще не изучали, но ничего запредельного в приготовлении нет. Ровно через… – он бросает быстрый взгляд на серебряные настенные часы, и я машинально делаю то же самое, – семь минут вы добавите листья драконового дерева, далее будете следовать рецепту, – он кивает на открытую книгу. – Вопросы?

– Вы скоро вернетесь, профессор? – куда он уходит, я не спрашиваю. Это и так понятно. За левое предплечье он не хватался, но что еще могло вынудить его вот так внезапно бросить зелье и уйти, доверив мне его приготовление?

– Это не ваша забота, Лонгботтом, – сухо отвечает он. – Вы закончите зелье, убедитесь, что оно готово, и покинете помещение. Вам понятно?

– Да, сэр.

– Превосходно, – Снейп резко разворачивается, подходит к стоящему в отдалении черному шкафу и достает оттуда нечто, в чем я, присмотревшись, узнаю плащ и маску Пожирателя смерти. – Следите за временем. И не нарушайте рецепт – он исправлен и точен.

– Удачи вам, сэр, – тихо говорю я.

Его рука на секунду замирает на дверной ручке. Затем он коротко кивает и выходит из лаборатории. Через пару мгновений я слышу негромкий хлопок двери, ведущей из кабинета в коридор. С этой минуты я нахожусь на территории ужаса подземелий профессора Снейпа совершенно один.