Шрифт:
— Ну, я!
На этом разговор был закончен. Степан выстрелил ему точно в лоб. И тут же развернулся, уловив движение в соседней комнате. Пистолет у него с глушителем, так что соседи выстрелов не услышат.
В прихожую выскочил взрослый уже мужик с большой крупной головой на длиной шее. Судя по описанию, это и был Трояк.
— Эй, ты кто такой? — заторможенно спросил он.
И этот под кайфом, но вряд ли ему не страшно умирать.
Степан снова попал точно в лоб, но не пулей, а рукоятью пистолета. Трояк ему нужен, потому и получил отсрочку приговора.
Все, в квартире больше никого не было.
Степан закрыл дверь, привел Трояка в чувство.
— Где Башлык?
— Не понял, — тупо глядя на него, мотнул головой бригадир.
— Башлык, спрашиваю, где?
— Э-э… Дела у него… Ты кто такой?
— Твоя смерть. Ржавый и Харон уже готовы, за ними Башлык на очереди. Тебе повезло, ты последний, еще поживешь…
Степан заставил бандита посмотреть на один труп, на другой.
— Ты чо, в натуре, их «замочил»? — протрезвел Трояк.
— Это им за мою девчонку.
— За кого?
— Ее звали Лена, она просила тебя не трогать ее. А ты ее тронул. Ты очень сильно ее тронул. За такие дела убивают. Не веришь?
— Ты что-то путаешь!
— Ты же Трояк, да?
— Нет… Ванек я! — затрясся бандит.
— Башлык когда будет, Ванек? — презрительно ухмыльнулся Степан.
— Э-э, не знаю…
— Позвонить ему можешь?
— Зачем?
— Пусть он тебя вне очереди пропустит.
— Куда?
— На тот свет… Хотя можно и без спросу! — Степан приставил «ствол» к голове лежащего на полу бандита.
— Не надо! — в ужасе засучил ногами тот. — Ну, не надо!
— Лена тоже тебя умоляла, ты ее послушал?
— Не было меня там!
— А кто был?
— Ну, Харон был, Ржавый, Башлык… Денек был…
— Не ври, Денек в это время с Виктором Сергеевичем в машине курил. Или Виктор Сергеевич тоже с Леной был?
— Это для Денька он Виктор Сергеевич.
— А для тебя?
— Вектор.
— А почему Вектор? Потому что Виктор?
— Ну, может быть…
— Откуда он взялся, этот Вектор?
— Ну, раньше… Ну, раньше один был, а потом этот появился…
— Кто раньше был?
— Ну, не важно…
— А чего ты скрываешь правду? Думаешь, что выживешь? Так если врать будешь, то не выживешь.
— А если не буду?
— Ну, все может быть.
— Барин раньше был, через него все шло. Через него и к нему. От него товар, к нему деньги…
— Товар — это наркота?
— Ну да…
— А Барин куда делся?
— Ну, главный босс его задвинул.
— А большой босс — это кто?
— Без понятия! Я на Барина замыкался, все, больше ничего не знаю…
— Но главный босс есть?
— Есть. Но кто там, что, не знаю…
— Конспирация?
— Ну да.
— Но Вектора ты знаешь?
— Ну да, знаю…
— Как с ним связаться?
— Он сам, если надо, со мной связывается.
— Как? По телефону?
— Нет, человек от него подъезжает. Или сам может подъехать…
— А может, все-таки знаешь, как на него выйти?
— Нет! Честно слово, не знаю!
— Но сам он подъехать может?
— Может.
— Я тебя сейчас грохну, и он подъедет. Отличный вариант, ты не находишь? Но, может, не будем доводить дело до греха? Ты скажешь, как мне найти Вектора, и мы разойдемся. Или мне лучше подкараулить его на кладбище, на твоей могиле?
— Не надо на кладбище!
— А как надо!
— Но я не знаю, как на Вектора выйти! Я вообще про него ничего не знаю!
Степан понял, что Трояк действительно ему не помощник. А раз так, то с ним нужно кончать. И сделал он это без всякого сожаления.
Глава 31
О плохой новости сначала предупреждают, а потом ее выкладывают. Гурию не надо было ничего говорить: предупреждение читалось в его глазах.
— Что случилось? — раздраженно спросил Феликс.
— Трояка убили.
— Убили и убили, мне какое дело?
— Его Степа убил!
— Степа?
— Я к Трояку подъехал, а он еще тепленький. С ним еще два «жмура»…
— Степа?
— Ну, а кто еще? Одному нос насмерть сломал, а двоих пристрелил. И Трояка застрелил.