– Сегодня утром? – Кирби отступила на шаг, затем застыла, услышав щелчок, смертельный щелчок. Господи, неужели она зарядила оружие? – Мелли…

– Думаю, я немного просчиталась, иначе ты была бы уже мертва. – Нежный розовый шелк зашелестел, когда она пожала плечами. – Я очень хорошо знаю переходы. Помнишь, ты водила меня по ним, когда мы были детьми. До того, как ты вошла туда со сломанным фонарем. На самом деле, я просто заменила батарейки. Я никогда не говорила тебе об этом, правда? – Она усмехнулась. Кирби молчала. – Этим утром я воспользовалась тайным ходом. Убедившись, что вы с Адамом внутри, я пустила газ, заранее испортив выключатель на обогревателе.

– Ты ведь сейчас несерьезно? – Кирби провела рукой по волосам.

– Смертельно серьезно, Кирби.

– Но зачем?

– В основном из-за денег, конечно.

– Денег? – Она бы засмеялась, но у нее пересохло в горле. – Но тебе же не нужны деньги.

– Ты так самодовольна. – Ее голос сочился ядом. Кирби удивилась, что никогда раньше не слышала подобного от Мелани. – Ошибаешься, мне нужны деньги.

– Ты даже у бывшего мужа ничего не взяла.

– Он не дал бы мне ни цента, – поправила ее Мелани. – Он отказался давать мне деньги, поскольку уличил в измене, потому я и не могла подать на него в суд. Он развелся со мной по-тихому, так что наша репутация не пострадала. И я всегда была очень предусмотрительна, за исключением одного инцидента. Стюарт и я действовали очень осторожно.

– Стюарт? – Кирби потерла висок. – Ты и Стюарт?

– Мы были любовниками три года. Тебя так и распирает от любопытства? – Наслаждаясь собственным представлением, Мелани подошла ближе. От нее исходил аромат «Шанели». – Нам было выгоднее притворяться просто знакомыми. Я убедила его сделать тебе предложение. Мое состояние пошло прахом. Твои деньги пришлись бы по вкусу нам обоим. И мы могли бы подобраться достаточно близко к дяде Филиппу.

Кирби, проигнорировав большую часть речи, сосредоточилась на главном.

– Что вам нужно от моего отца?

– Я узнала о маленькой игре, которую они затеяли с моей матерью. Не в деталях, но и того, что я знаю, достаточно, чтобы использовать это. Я поняла, пришло время обратить талант твоего отца в выгоду.

– Это ты придумала план, как обокрасть собственную мать.

– Не будь такой категоричной, – произнесла Мелани ледяным голосом. Оружие не дрогнуло в ее руке. – Твой отец предал ее, даже не кашлянув, а затем надул нас на сделке. Но теперь ты решила мою маленькую проблему. – Свободной рукой она указала на портрет. – Хорошо, что утром у меня ничего не получилось. Иначе я бы все еще искала картину.

Как-нибудь она справится с этим. Кирби решила вернуться к истокам.

– Мелли, как ты могла так со мной поступить? Мы всю жизнь были подругами.

– Подругами? – Она выплюнула слово, как ругательство. – Я ненавидела тебя, сколько себя помню.

– Нет…

– Ненавидела, – еще холоднее повторила Мелани, вложив в голос как можно больше убежденности. – Это вокруг тебя всегда толпились люди, тебя всегда предпочитали мужчины. Даже моя собственная мать выбрала тебя.

– Неправда! – Неужели все зашло так далеко? На Кирби нахлынуло чувство вины. Она должна была раньше заметить неладное. – Мелли… – Как только она подалась вперед, Мелани ткнула в нее револьвером:

– Не будь такой чопорной и строгой… Где твое чувство юмора? – Ее глаза превратились в щели.

– Харриет любит тебя…

– Любит? – Она смешком прервала Кирби. – За любовь я не дам и ломаного гроша. То, что мне нужно, не купишь. Может, ты и забрала у меня мать, но это не самое страшное. Страшнее то, что ты уводишь у меня из-под носа мужчин снова и снова.

– Я никогда не забирала у тебя мужчину. Я никогда не проявляла интереса к тому, кто серьезен.

– Их были десятки, – произнесла Мелани надтреснутым голосом. – Стоило тебе улыбнуться и ляпнуть какую-нибудь глупость, про меня забывали. У тебя никогда не было моей внешности, но ты всегда пользовалась так называемым шармом, уводила их или притворялась равнодушной и делала то же самое.

– Я просто была дружелюбна с теми, кто заботился о тебе, – быстро произнесла Кирби. – Если и вела себя холодно, то только для того, чтобы обескуражить их. Боже мой, Мелли! Я никогда не делала ничего, чтобы навредить тебе. Я люблю тебя.

– Мне больше не нужна твоя любовь. Она уже послужила моей цели. – Мелани медленно улыбнулась. Глаза Кирби застилали слезы. – Я жалею только о том, что ты не запала на Стюарта. Я бы хотела увидеть, как ты вьешься вокруг него. Я бы знала, что он предпочитает меня и женился на тебе только по моей просьбе. Когда той ночью ты пришла к нему, я едва не выскочила из спальни только ради того, чтобы увидеть твое лицо. Но… – Она пожала плечами. – Мы еще не добились своего.

– Ты использовала меня, – спокойно произнесла Кирби, не в состоянии отрицать очевидное. – Ты заставила Стюарта использовать меня.

– Конечно. Однако с моей стороны было не очень умно приехать из Нью-Йорка, чтобы провести с ним выходные.

– Почему, Мелани? Почему ты притворялась все эти годы?

– Ты была полезна. Я с детства знала это. Позже, в Париже, ты открыла для меня двери. Потом в Нью-Йорке. Именно благодаря тебе я целый год жила в роскоши с Карлайсом. Ты бы не переспала с ним и не вышла бы за него. А я сделала и то и другое.