– В Чечне! – сообщил коротышка. – Или как там теперь она называется? Ичкерия?

– Ага! – подтвердил второй. – Она самая!

Внутри у Анжелики все оборвалось. Чечня! Приехали!

Глава седьмая ЧЕЧЕНСКАЯ ПЛЕННИЦА

Когда-то в детстве Чечня казалась Анжелике далеким экзотическим местом. Она даже завидовала героям Лермонтова и Толстого, оказавшимся в этих краях.

Пусть скачет казак, не доскачет, чеченская пуля верна!

Да, верно, стрелять они умеют – иначе бы эта война, которую российские власти упорно предпочитают называть контртеррористической операцией, не длилась столько времени.

Сейчас, если верить официальным сводкам, обстановка в республике контролировалась федералами. Но это не мешало боевикам закладывать мины на дорогах, мины, на которых подрывались машины с русскими солдатами, и не мешало похищать людей даже за пределами Чечни. В последнем Анжелика уже убедилась на собственном примере.

Местность казалась безжизненной, горизонт терялся в тумане.

На обочине рядом с фургоном стоял пыльный «УАЗик», на котором им, похоже, предстояло ехать дальше. Парочка, привезшая Анжелику и компанию, тут же отвалила, передав их в руки высокого чеченца с кобурой на поясе и повязкой на глазу. Кроме него здесь было еще трое боевиков – все с «Калашниковыми».

– Пошевеливайся! – одноглазый толкнул ее в плечо.

Пленников усадили в кузов на скамью вдоль борта, напротив сели боевики с автоматами. Машина тронулась. Анжелика вздохнула и тут же закашлялась – воздух был наполнен дорожной пылью. Стволы автоматов тут же повернулись в ее сторону.

Да, это тебе не кино – в кино она бы давно вырубила ударами ног охрану, свернула шею долговязому бородачу, сидевшему за рулем, вылетела бы на обочину или проделала еще какой-нибудь фантастический трюк. Но реальность такова, что шевельнешься – и получишь три очереди в живот и в самом деле вылетишь на обочину, только уже мертвой!

Сама виновата, зло думала Анжелика. И все из-за этой проклятой шкатулки! Что в ней, интересно?! Обидно будет подохнуть, так и не узнав – из-за чего, собственно! Александр поглядывал на нее испуганно – он, кажется, только теперь по настоящему понял, что дела очень плохи. Черт бы побрал этого дурачка!

Если подумать хорошенько, то ситуация сложилась просто абсурдная – столько времени она не могла найти способ сорваться с крючка у Лаевского и даже не помышляла об этом в Сочи. И вот ее элементарно увозят из-под носа у Конторы, даже не спросив ее согласия.

Она не смогла сдержать улыбки.

И увидела, как сузились от ярости глаза боевика сидящего напротив. Кажется, он принял усмешку на свой счет. Лика тут же опустила глаза. Да, это похуже любой зоны. Так что стоит ли радоваться такому «освобождению», которое – десять против одного – окончится ее смертью? Пожалуй, было бы лучше остаться с господином Лаевским! Сегодня вечером Штессман будет расстроен. Лика подумала об этом человеке почти что с нежностью. Ее несостоявшийся спаситель!

Окрестности были пустынны – впереди поднимались горы. По пути к ним машина проскочила через разрушенный поселок, где на месте домов остались только груды кирпича.

– Посмотри! – толкнул Лику в плечо одноглазый. – Это сделали ваши солдаты!

Она отвела глаза. Попало село с мирными жителями под обстрел федералов или его разгромили в ходе боев с мятежниками – ей было неизвестно. Но она хорошо понимала, что в любом случае для этих людей любой русский – заклятый враг и надеяться на их снисхождение было бы очень наивно.

Вскоре поселок остался за их спинами, машина продолжала мчаться вперед. Лике казалось удивительным то, что они так спокойно разъезжают посреди белого дня. Видимо, чеченцы знали точно, что вблизи нет федеральных войск, а с местной милицией у них наверняка была договоренность. В предгорье дорога стала еще хуже, хотя казалось – уже просто некуда. «УАЗик» подскакивал на ухабах, и со связанными руками трудно было удерживать равновесие; Катя повалилась на пол – под ноги сидящим напротив боевикам. Ее подняли и усадили на место.

Наконец джип заскрежетал тормозами и остановился. Одноглазый спрыгнул на землю. К машине подошли несколько чеченцев, один с автоматом, остальные без оружия. Анжелика поняла, что они рядом с какимто лагерем. Здесь их без особых церемоний вытолкнули из «УАЗика», который тут же завели в небольшую пещеру, прикрытую сверху маскировочной сеткой. Водитель обменялся несколькими фразами с теми, кто их встретил. Говорили на чеченском, но Анжелика уловила слово «карбюратор». Она понимала, что шансов бежать от этих людей у нее нет никаких, но тем не менее не забывала подмечать все, что видела. Вдруг пригодится!

Пока их вели наверх, она увидела, по крайней мере пятерых человек в камуфляже. Со стороны доносился запах готовящейся пищи. Под нависающей скалой стояла армейская палатка, дальше виднелось какое-то строение – маленький домик под плоской крышей. Вокруг него и палатки были сложены большие ящики, Лика была готова поспорить – с оружием. Но рассмотреть все это вблизи ей не дали, а проводили к выкопанной неподалеку яме, которая предназначалась для пленников.

– Послушайте! – подала голос Анжелика, оказавшись на самом краю. – Вы ведь не сбросите меня туда? Я же сломаю ноги!