– В самом деле, картофан.

– Я же говорил. Зачем мне выдумывать.

– Может, там под картошкой что спрятано?
– предположил обладатель радара.

– Ща проверим.

Поправив на плече автомат, патрульный подхватил ведро, выдернул из багажника. Стас и глазом моргнуть не успел, как картошку вытряхнули прямо на асфальт.

– Але, ребят, вы чего? А собирать кто будет?

– Сам и соберешь.

Лицо патрульного, широкое, скуластое, с приплюснутым боксерским носом, оставалось невозмутимым.

– Я же сказал: заплачу.

– Сколько?
– Уже взявшийся за мешок гаишник поднял голову. С ленивым интересом взглянул на Зимина.

– Ну… я же не знаю ваших тарифов.

– Тарифов… Ишь ты!
– Патрульный фыркнул.
– Короче, так, мужик. Специально для тебя на сегодня скидка, учитывая неправильно оформленную доверенность и просроченный по новым правилам талон техосмотра. Сто баксов - и сваливай.

Стаса поразили не столько аппетиты, сколько та будничность, с которой представители дорожной инспекции шмонали водил. Ведь наверняка понимали, что много из хозяина старой таратайки не вытрясешь, и все же назвали сумму, которая составляла половину месячного бюджета средней российской семьи. Ясно было, что плевать им на превышение скорости, как плевать и на то, что он мог в действительности везти. Они выбрались за город с твердым намерением заработать, а все остальное для них служило лишь поводом.

Стас прокачал ситуацию в одно мгновение. Хуже нет, чем иметь дело с хапугами. Именно из-за таких отморозков в форме сочиняет народ о ментах матерные, злые анекдоты, не желая верить, что даже среди них полным-полно нормальных людей, не имеющих ни машин, ни квартир и, подобно большинству россиян, вынужденных жить на одну зарплату.

Будь у него служебная ксива, он конечно бы выкрутился, но ничего подобного в «командировки» Стас никогда не брал. Проще было откупиться, тем более что сегодня он мог себе это позволить: трофейных денег оставалось долларов триста. На выкуп, таким образом, хватало, но бывшего спецназовца уже заклинило.

В последние годы такое случалось довольно часто, и не только с ним. Время от времени буйство находило на Маркелыча, Свата, Димку, и даже непробиваемый Лосев, переступая какой-то внутренний порог, мог неожиданно взорваться и стать совершенно неуправляемым. И не вина в том ветеранов, что случались с ними эти необузданные срывы. Чего еще ждать в стране, где реабилитацией бывших военных никто не занимался, где, погружаясь из войны в «мирные будни», бойцы попадали из огня да в полымя. Гражданская жизнь отторгала и выплевывала их, как нечто инородное. Поэтому и уходили в бандиты, поэтому и начинали пить да ширяться, устраивая порой ничем не мотивированные побоища.

Стас на секунду зажмурился. В памяти вспыхнули картины из далекого прошлого, когда спецназ выбрасывали в «дикий поиск» с жесткой установкой добраться до нужной точки без еды и теплой одежды, и, главное, они не имели права сдаться властям. Тогда за ними охотились команды профессионалов, не то что этот жалкий патруль. И ведь добирались живыми до пункта назначения, преодолевая все мыслимые и немыслимые препятствия на пути. Они играли в эту жесткую мужскую игру и - выигрывали!

– Кому платить-то?

Стас вытащил кошелек и шагнул к тому, что стоял чуть подальше. Тем и хороши денежки, что самым надежным образом отвлекают внимание.

– Мне, - хором сказали оба и одновременно шагнули к Стасу.

А дальше в ход пошли боевые рефлексы. Одним движением Стас сорвал с плеча патрульного автомат, этим же автоматом коротко молотнул его в лоб, ударом ноги под колени положил на землю. На все про все у него ушла пара секунд, и сжимающий радар гаишник, рыхлый, с одутловатой физиономией, кажется, так и не понял, почему его напарник вдруг разлегся на земле.

– Руки в гору, жирный! И без глупостей!
– Стас передернул затвор автомата.

– Братан, ты чего?
– Выронив радар, патрульный торопливо поднял руки.
– Это же мокруха. За нас тебе такое будет…

– Рацию на капот!

Голос Зимина был ровен и безжизнен, и именно это больше всего напугало мента. В его одноколейном мозгу начинало вызревать понимание, что с ним вовсе не шутят.

Рация легла на капот «Москвича».

– А теперь аккуратненько собери всю картошку.

– Какую картошку?… А, понял!

С поднятым кверху задом, гаишник торопливо бросился выполнять команду, и скоро наполненное ведро вновь очутилось в багажнике.

– Ты, братан, главное, успокойся. Мы ведь тоже себе на хлеб зарабатываем. Начальство, суки, не платит вовремя, а дома семья, дети голодные… - Гаишник внезапно охнул от резкого пинка под зад.

– Будешь тарахтеть про голодных детей, добавлю по-настоящему, - предупредил Стас.
– Водка есть?

– Водка?
– Лицо патрульного расцвело угодливой улыбкой.
– Конечно есть. Если надо, хоть всю забирай.