Шрифт:
Тарцорша вихрем неслась на юг. Нет, так не годится. Лошадь можно загнать. Он перешел на легкий бег. Дыхание Танцорши выровнялось. Надвигались сумерки. У них все должно получиться…
У Джонни была с собой портативная рация, и он попытался связаться с Гленканном, напарником Тора. Где-то на одиннадцатой миле пути прорезался голос:
– Это ты, Мак-Тайлер?
– Гленканнон, тебе видна скачущая лошадь с того места, где находишься сейчас?
– Да… То появится, то исчезнет. – Длинная пауза. – Ты примерно в трех милях севернее меня. Терла поймали?
– Да, только он немного притомился. Короткий отрывистый смешок. Следующее Гленканнон произнес уже без напряжения:
– Кто же его так утомил?
Долго рассказывать. Нет времени. Спокойно… Спокойно… А в микрофон:
– Девочки спасены. Тор ранен, но не опасно.
На другом конце вздох облегчения.
– Ты сможешь вести самолет? – спросил Джонни. Пауза.
– Знаешь, я тут ребра слегка помял, и колено выбито… Это если ты спрашиваешь, как скоро я смогу добраться до комплекса. А так запросто, Мак-Тайлер, самолет вести могу.
– Продолжай двигаться к комплексу. Приготовь сигнальные огни. Я вышлю тебе навстречу наземную машину. Необходимо прикрытие с воздуха. Как понял?
– Зажгу факел. Насчет прикрытия… виноват…
– Это моя вина! Удачи тебе…
Их положение не так безнадежно. Все согласились, что взрывать комплекс целиком не имеет смысла. Историк хотел сохранить библиотеку. Ангус – склад запчастей и машинный парк. Радиоактивными пулями при обстреле базы решили не пользоваться. Если не считать бомбодрона и его сопровождения, они до сих пор контролируют ситуацию.
Спустя пять с половиной миль Джонни начал вызывать Роберта Лису. Ответил учитель, и Джонни удивился этому. Судя по доносившимся в эфир голосам, там были люди не из штурмового отряда: пастор, пожилая женщина, историк… Но вот и Роберт.
– Девочки в безопасности, – передал ему Джонни.
На том конце возникла пауза. Потом вдруг эфир взорвался восторженными криками. Новость разлетелась мгновенно.
– Мы здесь держимся, – доложил Роберт. – Мне необходимо посоветоваться с тобой, но не хочу передавать в открытом эфире. Как понял меня?
– Эти обезьяны не знают английского!
– Все равно не могу. Когда доберешься?
– Минут через пятнадцать, – прикинул Джонни.
– Заезжай по равнине с севера. У нас еще перестрелка.
– Понял тебя. Самолеты в порядке?
– Мы спрятали их на равнине. Пилотов больше нет.
– Знаю. Теперь слушай внимательно. В один самолет загрузите теплые вещи, защитную одежду, еду для меня, рукавицы. Еще нерадиоактивную взрывчатку, штурмовую винтовку, воздушную маску и несколько баллонов с воздухом. Мне предстоит перелет на сто пятьдесят тысяч футов.
На другом конце молчание.
– Как понял? – крикнул Джонни.
– Есть! – откликнулся Роберт Лиса без особого энтузиазма.
– Вышли пару машин и несколько человек забрать Терла, – попросил Джонни и уточнил направление.
– Терла?!
– Да, черт возьми! Подготовь самолет, я полечу сразу же, как только доберусь.
Уже через пять минут мимо него промчалась машина, в которой сидели, пастор, пожилая женщина, крепко сжимавшая штурмовую винтовку, и шотландец с перевязанной рукой. Пастор поднял руку, отдавая честь. Джонни оглянулся: за машиной тащилась огромная цепь.
Звуки перестрелки становились все слышнее. Вспышки от оборонительной батареи поднимались на сотню футов. Чуть ниже то и дело вспыхивали огоньки штурмовых винтовок. Джонни направил Танцоршу к замаскированным самолетам. Над его головой прострекотали пули.
2
Роберт Лиса изменил своей одежке, облачившись в противорадиационный комбинезон. Его лохматая шевелюра с одной стороны обгорела. Лицо собранное, уверенное. Он сграбастал Джонни и крепко стиснул несколько раз.
– Потери большие? – остановил его Джонни.
– Пустяки. Даже удивительно! Они не высовываются, представь себе. Это все равно, что охотиться в бурю. Эй, да на тебе же нет защитного костюма…
– Вода смывает радиацию, – сказал Джонни. – Кроме того, в бомбодроне нет дыхательного газа. Мне не требуется специальное обмундирование.
– Послушай, парень, может, бомбодрон подождет, пока мы не кончим здесь, а? Ему еще много лететь, через весь океан. Мы его запеленговали, вернее, его сопровождение, и взяли под наблюдение.