Он потряс головой, попятившись от меня.

– Она солгала. Чтобы она не сказала, она солгала. Она манипулятор. Она использует свое тело, чтобы заставлять мужчин делать то, что она хочет.

– Ты знаешь, кто ее настоящий отец?
– спросил я его, наклоняя голову и запоминая страх в его глазах.

Он покачал головой.

– Нет. Мужик обрюхатил ее мать и сбежал. Я спас их. Я заботился о них. Благодаря мне у нее была крыша над головой, а она не ценила это. Она ждала большего, - он хватался за соломинку. Люди, которые знали, что количество их вздохов ограничено, говорили все что угодно, чтобы спасти свою бесполезную жизнь. Я и раньше это видел. И все это я слышал раньше.

– Зачем ты искал Риз? Она оставила твой дом, когда ей было шестнадцать, - это было то, что я просто хотел знать. Если где-то там был еще кто-то, кого было необходимо остановить, я хотел быть уверенным, что у меня все будет под контролем. Но исходя из проделанного мной расследования, был только этот больной ублюдок.

– Её мать, у нее были бумаги по трастовому фонду Риз. Она никогда не говорила от кого они. Я не узнал имени. Мы испробовали все что могли, чтобы обналичить их, но это было невозможно. Мы потратили столько сил, поднимая эту девочку, так что она должна нам. Ее бедная мать умерла от истощения. Я не мог оплатить ее медицинские счета. Я даже не смог надлежащим образом похоронить ее. Эти деньги принадлежат мне. Риз должна мне их. Она должна их своей матери.

Так значит, он знал о трастовом фонде. Это все объясняло.

– Когда умерла ее мать?
– спросил я.

– Месяц назад, - ответил он, выглядя менее испуганным. Он решил, что добился со мной прогресса. Если бы он только знал.

– Значит сука умерла. Хорошая новость, - ответил я, поднимая пистолет и целясь прямо в его голову. Вставая, я наслаждался чистым ужасом в его глазах, пока он пятился назад.

– Ты не можешь . . . Я рассказал тебе чт-чтоо она сделала. Что она должна мне, - сказал он дрожащим голосом.

– Риз ничего не должна тебе. Ты украл ее невинность, и ты превратил жизнь маленькой девочки в ночной кошмар. Не учитывая тот факт, что ты заставил ее поверить, что она глупая. Ты запятнал ее жизнь таким способом, что это никогда не удастся стереть или исправить. Ее прошлое никогда не исчезнет. Оно там, внутри нее. Ей придется жить с этим до конца своей жизни.

Он затряс головой.

– Она сама хотела этого, - начал он.

И это было все, что я мог выдержать.

Пуля бесшумно покинула пистолет, и какую то долю секунды я наслаждался взглядом Марко, который знал, что его время истекло. С глухим стуком он упал на пол, а я убрал пистолет обратно в кобуру. Из отверстия в его лбу сочилась кровь, которая покрыла его лицо и образовала лужу на полу. Его глаза были широко открытыми и пустыми.

Он был последним подонком, которого я отправил на тот свет. Я закончил свою работу. Пришло время двигаться дальше. Убрать человека, который причинил боль Риз, было лучшим способом закрыть дверь в эту часть моей жизни.

Когда это все началось, я не собирался влюбляться в нее. Я знал, что ее сердце было занято. Но было трудно не полюбить ее.

– Наслаждайся адом ублюдок, - сказал я наконец, бросая маленькую напечатанную карточку, присланную специально для этого момента. Затем я вышел через сломанную дверь направился к Эскаладе.

Как только я добрался до дороги и направился к месту, где я оставил Эскаладу, я вынул одноразовый телефон и набрал единственный номер, на который с него звонил.

– Кэп, - раздался на линии твердый голос.

– Все сделано, - ответил я.

В трубке раздался вздох облегчения.

– Все кончено, - сказал он. Я мог слышать эмоции в его голосе. И я понимал его.

– Да, все кончено.

Мы закончили разговор, и я бросил телефон на сидение рядом со мной.

Я буду скучать по работе на ДеКарло. Он подарил мне жизнь, когда я был потерянным ребенком. Я многим обязан ему. И впервые в жизни я почувствовал, что полностью расплатился с ним. Человек, который физически и сексуально насиловал дочь ДеКарло, теперь был мертв. Риз будет жить той жизнью, которую хочет для нее, ее отец. Он больше не нуждался в том, чтобы я следовал за ней, обеспечивая ее безопасность. Она была в хороших руках.

Я не сомневался, Мэйс Мэннинг подарит ей жизнь принцессы.

Мэйс держал меня дома в течение следующих двух дней. Я начинала думать, что он трясся над этим больше, чем я. Он был все время рядом, а Мэрианн приносила нам еду. Я позволила ему держать меня дома, потому что это было важно как для него, так и для меня. Я знала, что нам обоим необходимо вернуться к работе, но я не могла заставить себя покинуть дом.

Более одного раза Мэйс настаивал, чтобы я позвонила своему отцу. Он думал, что разговор с ним, нонной или Раулем поможет мне, но я не могла сделать это. Я боялась услышать их голоса и вспомнить о жизни, которую провела без них. Воспоминания о том, какой вместо этого была моя жизнь, были сейчас слишком свежи.

Простить отца за то что не нашел меня раньше и не спас, теперь после встречи с Марко было сложнее.

Мэйс не давил на меня. Пока мы смотрели фильм, и я была на диване в его объятиях, он упомянул о поездке на неделю в Розмари Бич. Я знала, он пытался увезти меня подальше отсюда. В Розмари Бич я была в безопасности, но Марко мог найти меня и там. Что было бы, если бы Марко нашел меня раньше? Что если бы тогда я еще не встретила Мэйса? Эти мысли мучили меня.

Мои ночные кошмары вернулись с полной новой силой. Как бы мне не хотелось быть сильной и вернуться к работе, но я знала, что не смогу. Пока, не смогу. Я не знала, где был Марко, и быть где нибудь вдалеке от Мэйса, мне казалось невозможным. Я ненавидела, что позволяла ему поступать так со мной. Он вошел в мою сказку и украл ее у меня. Так же как он сделал это с моим детством и моей невинностью.