На сей раз Саффрон явно перебрала с коктейлями.

— Я люблю тебя, Фриз.

И я вспомнила малышку, вцепившуюся в мою руку и не понимающую, отчего так несчастна ее старшая сестра.

— Я тоже люблю тебя, Саффрон.

Все смотрели на нас, не зная, что делать дальше. Мне на глаза случайно попался Джекс, он страдальчески морщился.

— Джекс, идите сюда. — Я жестом пригласила его встать в центр круга, как положено, рядом с Саффрон.

Я вдохновилась этой сумасшедшей сценой и с ходу отчаялась на ответную краткую речь, предложив всем выпить за их счастье. Такой маневр был кстати, поскольку всеобщий порыв позволил мне улизнуть к дальней стене зала, где Джордж смешивал коктейли. Сжимал шейкер обеими руками, тряс им, напустив на себя вид знатока. Ни дать ни взять профессиональный бармен.

С минуту я просто стояла и наблюдала за ним. Прежде он казался мне классным в грязных ботинках и джинсах, но во фрачной паре, да еще при белом галстуке, просто сердце замирало. Всякий раз, когда я высматривала его в толпе гостей, холодела изнутри. Этим вечером никто из зрителей не смог бы догадаться, что этот самый мужчина на досуге нянчится с травмированной лошадью, сидит в офисе на стройплощадке, задрав ноги на мою конторку, или же добровольно делится сэндвичем.

Нет, он и здесь выглядел самим собой. В противоположность мне был своим в блестящей толпе, окружавшей сестру. Возможно, он и возмечтал о сельской простушке, но реально его прежняя жизнь протекала именно в кисельных берегах сплошных удовольствий. И разве он, глядя на красивых девушек и молодых бездельников, не грустит о том беззаботном времяпрепровождении? Неужели ему интересно играть в любовь с закомплексованной женщиной-инженером? Я зябко поежилась, даже подумать страшно, что собиралась подкинуть ему такую идею. Я не вписываюсь и не смотрюсь рядом с ним. Хорошо, вовремя вспомнила, прежде чем выставить себя полной дурой.

Джордж вручил двум девушкам по бокалу «Маргариты», те рассматривали его из-под ресниц и улыбались так, что сердце сжималось у меня в груди. Они отчалили, держа курс в центр зала, он вернулся к импровизированному бару. Я не успела вовремя отвести взгляд, и он понял: я наблюдаю за ним.

— Милое выступление, — сказал он в своей обычной манере.

— Эта вечеринка задумывалась в честь Саффрон и Джекса.

Мне было страшно неловко рядом с ним, я смущалась, но Джордж, казалось, не замечал, что со мной не все в порядке.

— Однако я рад, что она поблагодарила тебя. Думаешь, она понимает, сколько тебе пришлось вкалывать ради этой вечеринки?

— Миссис Симмс взяла на себя львиную долю хлопот. Завтра пошлю ей огромный букет цветов.

— Пожалуй, уже можно говорить, что вечеринка удалась на славу. Можешь успокоиться.

— Надеюсь, они резвятся не в ущерб усадьбе. Уже ведь прилично накачались. Ты можешь немного ослабить градус в коктейлях? Иначе их совсем развезет, и стряпня миссис Симмс останется неоцененной.

— Расслабься. Они просто развлекаются. Это их занятие по жизни.

— Как раз это меня и беспокоит. Здесь полным-полно ценного антиквариата. Тебе не хочется прикрыть все стеклянным колпаком?

— Лучше медным тазом, перестраховщица, — нетерпеливо бросил Джордж. — Брось хмуриться и возведи глаза к небу. Ведь у нас по жизни безумно страстная непродолжительная связь.

— Вовсе не такая, как ты расписываешь. Я просто развлекаюсь с тобой, не забыл? — Нервы натянулись до предела, вовсе не из-за колпаков над фамильным наследием Роули. Поверить не могу, неужели я столько времени потратила на обдумывание некоей интрижки с этим Джорджем? Разве мне не хватило одного, пусть давнишнего, урока с Чарльзом? — Ты обожаешь меня.

Можно подумать, такой сценарий весьма вероятен.

— Я так и делаю. — Джордж отставил шейкер и притянул меня к себе, прежде чем я успела воспротивиться. — Не пора ли мне обернуться лизучим щенком, как полагаешь?

Его теплая сильная рука обнимала мою талию, он целовал меня и улыбался. Солидный и величественный, а губы настойчивые и развратные. На какое-то предательское мгновение мне смертельно захотелось обмякнуть и уткнуться в него.

«Не соответствуешь? Очень даже соответствуешь и сочетаешься!», — вопила моя плоть.

Это не могло быть правдой. Я не соответствую, нигде и никогда. Я попыталась отпрянуть, но он крепко держал меня.

— Нам ни к чему выпендриваться, — выдавила я. — Никому не интересно, ни капельки, даже Саффрон не смотрит.

— Знаю. А если меня тянет подлизаться к тебе?

Я недоверчиво взглянула на него. Галерея звенела от гула голосов и визгливого смеха, только мы двое застыли, словно под радужно-мыльным пузырем в тишине и молчании. Лишь синева очей Джорджа, буханье моего сердца и тепло на коже там, где он держал меня.

Такая теплота была в его взгляде, что у меня все поплыло перед глазами, и, вопреки скованности и твердым решениям, я качнулась ему навстречу. Однако наш воздушный замок был грубо развеян.

— Эй, послушайте.

Один из гостей, насколько помню, Саффрон именовала его Клайвом, пошатываясь, брел к нам. Я подпрыгнула от неожиданности, норовя податься в сторону, но ладонь Джорджа прихватила мою талию и вернула в прежнюю позицию.

— Мы любовники, — шепнул он мне на ухо. — И я просто оторваться от тебя не могу, помнишь?