– Неужели? А как же развлечения? – раздавшийся за спиной голос с нехарактерной для Предводителя насмешливостью резанул по уху. Обернувшись, бродяга встретил того, кого меньше всего ожидал здесь увидеть.
– Miss me?

Улыбка, оголяющая ряд белоснежных зубов, под стать вечно красующейся лошади, а также нездоровый блеск темно-карих глаз придавали их обладателю странный и местами безумный вид. Дьявол во плоти. Смолистый оттенок коротких волос сильно дополнил образ типичного еретика, отличающегося от остальных проницательным умом. Искусный манипулятор таился в этой полуулыбке, а за прожженным циником скрывался не просто опасный противник, но и невероятно амбициозный предатель. Подобного сорта люди не гнушаются ничем, чтобы достичь мнимого величия.

Могло ли что-нибудь остановить их в достижении поставленной цели? Увы.

– Здравствуй, - кожаные ремешки опоясывали легкую кирасу крест-накрест. Конская голова, слегка потертая, виднелась в центре металлической грудной клетки. – Ты же хочешь послушать историю про сира Хвастуна? Сир Хвастун был самым храбрым и самым умным рыцарем на службе короля-Дракона. Но вскоре все стали немного уставать от его историй про то, что он самый отважный и убил больше всего врагов. И тут все задумались: А не привирает ли он, сир Хвастун? Очень похоже. И тогда один из рыцарей пошел к королю и сказал: «Никто больше не верит в выдумки, которые сир Хвастун сочиняет. Он просто старый враль и плетет красивые небылицы, чтобы все им восхищались». И тогда у короля появились сомнения. Но на этом сир Хвастун не избавился от проблем. Нет. Это была не последняя проблема. Конец истории.

– С каких пор в Легион принимают отъявленных мерзавцев? – поинтересовался лорд разрушенного бастиона, именующегося Трезубцем. Вделанный в прибрежные скалы, он омывался соленой водой. Стяг Мандерли, изображающий белого водяного, часто поддавался бешеным порывам ветра.

Яркие воспоминания из детства улетучились, а на их место пришла злость по отношению к человеку, что стоял перед ним.

– Рисвелл останется Рисвеллом при любых обстоятельствах.

– Звучит как оскорбление, - наигранно-обиженным тоном признался Клэнт, извлекая из ножен, висящих на спине, небольшого размера клинок, весьма удобный для левой руки. Держа оружие наготове, северянин подошел к соотечественнику и рассмеялся. – Да брось, приятель. Старые обиды прощаются и забываются. Мы же теперь друзья. Одна армия, один интерес. В мире закрытых дверей тот, у кого есть ключ, - король. Я всегда хотел поделиться этим выражением с кем-нибудь.

– Я тебе не приятель, - отрезал Даниэль, смахивая руку, покровительственно легшую на крепкое плечо. Его раздражали прикосновения и фамильярные речи преступника. – И не называй меня так, иначе история про сира Хвастуна будет последней в твоей излишне долговечной жизни.

Понимающе кивнув, Рисвелл отошел на небольшое расстояние, после чего дождался подходящего мгновения и умышленно стукнул гордеца по ноге. Мандерли вышел из себя, позволяя гневу взять верх над привычным спокойствием. Клэнт упивался видом рассвирепевшего противника, обещающего разнообразить обыденный день.

Вопрос о последнем желании окончательно взбесил изгнанника. Фамильный меч врезался в сплошную полоску стали. Тогда Отшельник понял, в чем заключалась идея поганого рассказа. В юношестве наследник отцовского замка любил хвастаться, что опытные мастера обучают его искусству владения двумя клинками. Тогда никто не верил, что приводило к многочисленным насмешкам.

– Да, когда имеешь столько времени, можно кое-чего поднахвататься, - угадав мысли оппонента, лорд Загона осклабился. Мастерски размахивая двумя клинками, словно те были легче перышка, воин намеревался поквитаться за давние обиды. – Скольких людей можешь убить в поединке за раз?

– Больше, чем ты, - фыркнул обороняющийся солдат, падая на колени и тем самым уклоняясь от серьезного выпада. Моментально вскочив на ноги, мужчина рискнул на атаку. Сражаться против соперника с двумя мечами – непосильный труд. Особенно с тем, кто постоянно кривляется и отскакивает в сторону, дабы покрасоваться.

Не нуждаясь в кольчуге и прочих защитных средствах, отягчающих перемещение по арене, Клэнт увернулся от грозящего удара, а затем устремился вперед, желая повалить врага на землю. К несчастью, его планам не суждено было сбыться. Мастерски рассчитав все в уме, язвительный рыцарь напоролся на другого человека, подставившего свое орудие под смертоносную сталь. Таким образом незнакомец без разрешения вмешался в дуэль, прервав ее на самом интересном этапе. Выругавшись и отойдя на несколько шагов назад, зачинщик драки с полминуты разглядывал лицо с правильными, аристократическими чертами.

Непослушные каштановые завитки с едва заметной проседью ниспадали на прямой лоб. На голове творился бардак из-за спутавшихся кудрей, придающих благородство их хозяину. На подбородке виднелась легкая щетина. Орлиный нос и невозмутимый взгляд свидетельствовали о его внутреннем равновесии. Никакого гнева, никакого упрямства или своеволия. Разняв двоих агрессивных соперников, он, убедившись в том, что конфликт не возобновится, спрятал оружие в ножны, подавая пример остальным. Даниэль с любопытством изучал новоприбывшего, пока Рисвелл выпячивал губу от неудовольствия.

– Теодор Борелл, - нарушив тишину, обладатель характерного восточного акцента не стал расточать реверансов. – Извиняюсь за вторжение, но, как мне показалось, нас не просто так собрали вместе. Если не возражаете, хотелось бы узнать о причинах, а уж потом рвать друг друга на части.

– Лично я выслеживал этого ублюдка две недели, - фыркнул Клэнт, возвращая мечи в ножны за спиной. – И все ради того, чтобы убить? Нет, дружище. Я не занимаюсь подобной бесполезной тратой времени. Это товарищеское состязание, не более того.