– Помочь?
– раздался надо мной вежливый голос преподавателя. Я вздрогнула, прекратив свое отстукивание.

– Нет, спасибо, - оторопело проговорила я, резким движением закрывая тетрадь. Черт, неудобно как. Подняв взгляд на мужчину, почувствовала легкое смущение. В его светло-голубых глазах не было укора или какого-то неодобрения. Была лишь насмешка.

– Ну что ж, тогда позволь посоветовать тебе ложиться пораньше, - его губы тронула улыбка.
– Чтобы ты смогла высыпаться перед моими занятиями, а не на них.

Черт, от стыда мне захотелось спрятаться под парту.

– Я больше так не буду, - тоном провинившейся школьницы пискнула я, глядя в пол, тетрадку, на стол, только не на него. Почему-то эти пристальные глаза будоражили, вызывая во мне странные чувства вины. Наверное, он годами тренировался перед зеркалом, заставляя студентов ощущать осознание собственной неправоты, отчитывая и осуждая одним лишь взглядом. Блин, я тоже хочу так!

– Ну, что ж, посмотрим, Климова, посмотрим, - сказал Виктор Алексеевич, повернувшись ко мне спиной. А я под звук внезапно раздавшегося звонка на перемену сползла на стуле. У меня было ощущение, словно мне провели двух часовую лекцию о теме "что такое хорошо, а что такое плохо". Кинув тетрадь с ручкой в сумку, почти выбежала с кабинета.

– Ты чего так быстро?
– с улыбкой поинтересовалась поспевавшая за мной Машка.

– Есть хочу, - буркнула я. И поняла, что это было правдой, так как желудок мой, завывая голодным тоном, начал напоминать о себе. Схватив за руку сою соседку, потащила ее в столовую, не обращая внимания на ее попытки сопротивления. Простояв небольшую очередь таких же голодных студентов, я все-таки, вытерпев все, теперь с довольной улыбкой сидела за столом.

– Ты как в армии, - удивленно пробормотала Маша, глядя на то, как я быстро уплетаю свой обед.

– С едой у меня разговор короткий, - с набитым ртом проговорила я.

– Смотри, не подавись, - пожелала крольчатница, возвращаясь к своей булочке. Но, вопреки ее желаниям, я, конечно же, поперхнулась.

– Привет, - на ближайший стул плюхнулся Данил.
– Эй, ты чего, - он принялся похлопывать мне по спине, когда мое тело начало сотрясать от кашля.
– Нельзя же впихивать в себя все сразу и пытаться это проглотить, - приговаривал заботливым тоном мамаши наседки, даже и, не осознавая, что причиной того, что я подавилась, является он. Откашлявшись, красными и намокшими от слез глазами посмотрела на него.
– Мы вот тоже решили к вам присоединиться, - рядом с Марией приземлился Артем, не забыв при этом ей мило улыбнуться, а мне подмигнуть. Моя крольчатница, в стеснении, вмиг скрылась за темной челкой.

– Привет, - поздоровался он, с громким стуком ставя поднос на стол.

– Здрасте, - пробубнила я, все так же пялясь на сверкающего Даню.

– На, - мне под нос была тут же сунута шоколадка.
– Угощайся.

Секунда, и я озарилась улыбкой. За пару дней общения с ним, этот гаденыш, навязавшийся мне в друзья, прощупал мое слабое место к шоколаду, и, теперь, отыгрывался по полной, подкупая мое расположение. Чувствовала себя лошадью, которая покорно принимает сахарок с рук кормившего. Покончив с обедом, взялась за угощение. Развернув красную обертку Kit-Kat'а, принялась поглощать любимую мною сладость, чуть ли не жмурясь от удовольствия.

– У тебя такой вид, будто ты сейчас замурлычешь, - поделился своими мыслями усмехнувшийся Даня.

– Или захрюкаешь, - смешливо поморщился Артем, чем вызвал мой недобрый взгляд.
– Шучу, шучу, - он поднял руки - Кстати, Данил, ты не помнишь, про что нам рассказывала Яшкина? Нет, ну не чушь ли, - тактично сменив тему, Тема принялся обсуждать тему, которую они обсуждали со своим преподавателем на истории. Пока парни разговаривали о своем, кажется, забыв о нашем существовании, переходя с темы истории на такие, как машины, фильмы и т.д., я украдкой посмотрела на Данила. Этот смазливый брюнет вызывал томные взгляды у многих девчонок, уж за все дни нахождения рядом его персоны, я поняла это. Но, вопреки всему женскому полу, он умудрялся порождать во мне чаще раздражение, чем желание стать его фанаткой. Нравится ли он мне? Нет. С того момента, когда он со своим другом спас меня и Женьку, парень явно намерился поместить меня в своем списке "близких друзей". Я уже привыкла к его внезапным появлениям, которые он сопровождал словами "привет, сестренка!" и обязательно кладя свою руку на мое плечо. Его никак не трогали мои грубые ответы, злобные взгляды, фразы, пропитанные сарказмом. Нет. По причине его недавнего вмешательства и причастности к моему спасению, грубо отшить Данила я не могла, да и вообще, отшить. А мои намеки брюнет и вовсе не замечал, либо не хотел замечать.

Закончив жевать, быстро прошлась взглядом по находившимся в столовой людям, раз двадцать натолкнувшись на злобные зырканья со стороны девчонок. Вот она, моя наступившая популярность, приобретенная впоследствии дружбы с Данилом.

– А ты как думаешь, Миша?
– оторвал меня от своих мыслей голос Данила.

– М?
– лениво промычала я.

– Кстати, почему Миша?
– спросил Тема, с удивлением смотря на меня. Ну вот, началось.

– Миша, Миша, - фыркнула я.
– Потому что Михайлина.

– Красивое имя, - улыбнулся блондин.

– Я знаю, - проворчала я, складывая посуду и хватая свой поднос.
– Пока, мальчики - кивнула Маше, вставая из-за стола. Ждать их ответа я не стала, чуть ли не бегом уносясь, прочь, к мойке, чтобы оставить поднос.

***

Смотря вслед ускоряющейся Михайлине и поспевающей за ней девушке, Данил улыбнулся, после чего повернулся к другу.