Шрифт:
— А оружие? Оружие мы везем с собой?
— Оружие получите на месте. Есть там у меня один старинный, еще по Западной группе войск, сослуживец. Бывший начальник базы вооружений. Я с ним связался, в общих чертах обо всем переговорил. Он обещал в этом вопросе помочь. Ну и вообще помочь, если возникнут какие-нибудь трудности. Не тащить же вооружение на себе через все границы. Так что не бойся, будут у тебя стволы. Найдешь его и все, что надо, получишь.
— А когда я буду знать?..
— Перед вылетом будешь знать. А пока иди готовь личный состав, готовь паспорт и визу. Положение казарменное. Готовность номер один. Выезд в любой день после десятого числа. И смотри, чтобы никому ни одного лишнего слова. И тогда я тоже никому... Про наше с тобой то дело...
Глава пятьдесят восьмая
Глава туристической фирмы «Экватор-тур» встречался со «своим» человеком из консульства. В небольшом уютном ресторанчике встречался. Где самое дешевое блюдо — русские соленые огурцы стоили десять долларов за штуку. Главой фирмы и «его» человеком уже были съедены две перемены блюд и выпито полбутылки дорогого марочного коньяка.
— Ну мне очень надо, — тихо скулил глава фирмы, — на этот раз очень. Ну просто зарез.
— Что есть зарез? — спросил человек из консульства.
— "Зарез" — это такое образное выражение. А может, и не образное. В этом конкретном случае... — ответил фирмач.
— Нет. Мое посольство не может выдавать виза всяким там непонятным проходящим...
— Проходимцам, — поправил глава.
— Да. Проходимцам. Я так и хотел сказать. Которые без закона проходят через границу. Наша страна очень цивилизованная страна и не может, чтобы ее территория проникали подозрительные личности. Мы договаривались на обычные личности. Которые с настоящий паспорт.
— Паспорта настоящие.
— Но биографии не настоящие. Дубовые, как говорят у вас.
— Вы хотели сказать, липовые...
— Да. Я плохо разбираюсь в названиях пород ваших деревьев. Моя страна не может рисковать свой репутаций. Моя страна должна знать, кто проникать на ее территория.
— Туристы проникать. Хорошие парни. Только они чуть-чуть сидели. По молодости. С кем не случается.
— Что есть по-русски «чуть-чуть»?
— Ну то есть немного — лет десять-одиннадцать.
— Десять лет не есть Немного! У нас десять лет дают за убить или насиловать маленький девочка.
— А у нас за что угодно... Ну вы же пускали к себе диссидентов. Которые тоже червонец тянули.
— Что есть «тянуть червонец»? Брать из кармана десять рублей? Но диссиденты не брать чужой деньги. Диссиденты не есть вор.
— Да нет, это такое образное выражение — «тянуть червонец». Диссиденты тянули, ну то есть сидели, а вы их все равно пустили.
— Диссиденты — это политик. Это можно. Твои люди тоже политик?
— Ну, не совсем...
— Не совсем не надо. Можно — совсем.
— Ну я же вас никогда не подводил.
— Подводил — нет. Но есть закон...
— Да ладно ты дурочку ломать...
— Ломать дурочку это как? Это убивать глупый женщина?
— Это выдрючиваться... Это образное выражение. Когда могут, а не хотят.
— Но. Я не могут.
— А если я втрое заплачу?
— Но. Я должен знать, что это за люди. Я должен знать, что они не принесут вреда мой страна.
— Ну я же тебе говорю, нормальные пацаны. Твою страну посмотреть хотят. Ну то есть бабки в ресторанах и гостиницах оставить. Короче, инвестировать вашу экономику.
— Они хотеть ехать с родственник?
— Почему с родственник?
— Ты сказал про бабушек.
— Бабки — это деньги. Мани. У вас мани, у нас бабки. Короче, чтобы тебе запомнить, — баба Маня. И от той бабы тебе вчетверо больше, чем обычно, мань причитается.
— Но. Все равно нельзя. Я должен знать, зачем они ехать и кто их посылать.
— Ну ладно, я тебе скажу. Их Папа посылает.
— Чей папа? Твой папа? Почему их посылает твой папа, а не их папа? Они твои родственники?
— Их Папа совсем не мой папа...
— А кто? Он сын той бабки?
— Ну ты достал меня. Бабки — это мани. А Папа — это Папа. Это должность! Вроде президента.
— Президента компании?
— Да, компании. Очень большой компании.
— А почему, если он президент большой компании, он не может все сделать сам?
— Потому что он не той компании. Он совсем Другой компании. Потому что его компания контролирует все остальные компании, которые в городе. Ну или почти все.
— Тогда почему о той услуге просит ты, а не он? А действительно, почему? Почему за проблемы Папы должен отдуваться глава туристической фирмы, который к тому Папе и его людям не имеет никакого отношения? У которого в отличие от них почти честный бизнес...