– Пообщаться, - постарался максимально спокойно ответить Алекс.
– И вообще, с каких это пор ты живешь с этим…

– Марком, - подсказала девушка.

– Марком.

– Я тебе больше скажу, я с ним еще и сплю, убираюсь в его квартире, готовлю ему, его брату, их подружке и коту. Ты доволен?

– Я тоже так хочу, - сделал просто сногсшибательный вывод Нарыков.

Издав громкое «Уууу!», Алиса, делая какие-то отчаянные пассы сжатыми в кулаки руками, уже пружинисто направлялась к лестнице в здание офиса.

– Эй, я серьезно! Только у меня тебе будет лучше, - следуя на безопасном расстоянии от обоих недоброжелательно настроенных к нему людей, продолжил Алекс.
– Сама посуди: у меня нет братьев, со мной не живут чьи-то подружки, если тебе нравятся домашние животные – можешь завести кого-нибудь. У меня и места, думаю, побольше будет, чем у этого Марка.

Поравнявшись с Нарыковым, обладатель малогабаритной квартирки заслонил ему дорогу, вынудив остановиться.

– Уходи, она тебе не рада.

– От ненависти до любви, любезный. А еще - на войне, как на войне, - едко изрек Алекс и, как бы невзначай, пролил содержимое стаканчика на рубашку Марка. Тот, в свою очередь, в долгу не остался, а выхватив из рук блондина полупустую тару, выплеснул остатки какао на дорогую одежду, безнадежно подпортив весь ее вид, а в довершение надел сосуд Нарыкову на голову, расплющив об нее картонную оболочку.

Сняв стаканчик с Алекса, вовремя обернувшаяся у лифта Алиса смачно выругалась и пинками вынудила разойтись мужчин, готовых вцепиться друг другу в глотки.

– Господи, за что? Хотела же просто перекантоваться где-нибудь после неурядицы личного характера. Думала: отсижусь, отлежусь, приду в чувства и - на вольные хлеба. Нахрен заморочки? Так нет же…

Алисе почему-то до слез стало жалко саму себя. Ноги при подъеме по лестнице на шестой этаж противно дрожали и ныли, сказывалось долгое отсутствие физических нагрузок и толика пережитого стресса и апатии. Дружно топая и пихаясь локтями, сзади поднимались Марк с Алексом. Злые, в испачканной одежде, но прущие напролом. «Скоты! Взяли бы руки в ноги и свалили бы на какое-то время в неизвестном направлении, хотя бы переодеться… Нет, надо обязательно ввалиться в офис и выставить меня собакой на сене. А если я не хочу сейчас никого любить и с кем-то встречаться, если у меня в голове катарсис и бардак, от которого для начала просто хочется избавиться? И нет бы с одним сжиться и притереться, второй нарисовался!». Мысли начали противоречить одна другой, на Марка было дико стыдно взглянуть, Алекс, в общем-то, тоже ни в чем не виноват. «Как было бы хорошо исполнить сейчас детскую мечту: чтобы раз – одно твое желание, и ты на другом конце планеты или в глухом лесу, где никто не увидит ни тебя, ни твоего позора».

Дверь кабинета приближалась, как должен был бы приближаться палач на плахе - страшно, давяще и неминуемо. Вот на высоких каблуках вьется возле трафик-менеджера Натали, выражение лица ее стремительно покрывается целым спектром чувств и переживаемых эмоций: злость, зависть и некая брезгливость к скромной персоне стушевавшейся в дверях девушки. Кат, уплетавшая широкоформатную булку, борется с желанием выплюнуть застрявший в горле кусок и стремительно багровеет. Трафик, понимающе скалясь, утыкается в монитор.

– Эк нас вразнос понесло, - выходя из-за чужого стола, процокала мимо Алисы Наташа, царственно направляясь к своему столу.

Спустя полчаса Алекс уже распивал новую порцию так полюбившегося ему какао из автомата на первом этаже. Изображая постаревшего и заплывшего жиром зайчика, вокруг него бегал с ворохом бумаг генеральный директор. Марк, полностью сосредоточившись на «представлении», почти лежал на столешнице, лениво катая по столу карандаш. Алиса делала все новые и новые распечатки вариантов размещения на каналах, каждый раз с одинаково постным выражением лица. Когда же Алекс, наконец, изрек коронную фразу «Беру вот этот», а шеф убежал в соседний кабинет за печатью, девушка уже готова была взвыть.

– Вали домой или к себе на работу, несчастье.

========== Часть 78 ==========

– Почему ты злишься? Я компенсирую твои маленькие неудобства посредством заключения контракта. Хорошая девочка должна меня поблагодарить и дать мне шанс укрепить наше дальнейшее общение, – поднявшись со стула, Нарыков обогнул разделявший их с Алисой стол и присел на его край, не обращая внимания на разбросанные в беспорядке документы.

Поднялся с места и Марк. Пластиковый карандаш с тихим шорохом покатился по столу и сорвался вниз. Пока Алекс держался на почтительном расстоянии от девушки, он молча сносил его присутствие. Со стороны действительно могло показаться, что Нарыков приехал по делу, но издевательские улыбки и взгляды, которыми он то и дело награждал соперника, и долгие, изучающие взгляды, направленные на Алису, не оставляли сомнений в том, зачем именно он приехал. Ему нужна была Алиса.

Поведение самой девушки до последнего момента было сдерживающим фактором для Марка. Приоритеты были расставлены в его пользу. Алиса не юлила, когда признавалась, что живет с ним и спит. Хотя он не был уверен, что она вкладывала в эти слова некий сакральный смысл. Алекс был нежеланным гостем для нее сегодня, она была зла на него, но те объятья, которые он видел не далее, чем вчера, переворачивали все с ног на голову.

Вот искоса бросив взгляд на него, Нарыков медленно протягивает руку и касается лица девушки. Секунда, и барьеры, которые Марк с таким трудом выстраивал в своем сознании кирпичик за кирпичиком, рассыпаются в крошку. В голове, словно с металлическим, надорванным лязгом, лопается пружина, вызывая цепную реакцию. Пара шагов, удар ноги в массивную столешницу и стол с жутким грохотом опрокидывается на синий ковролин. Ворох бумаг рассыпается, из монитора вылетают провода, картинка гаснет, а питание компьютера вырубается с характерным хлопком. Алекс успевает отскочить в сторону, Алиса продолжает сидеть на месте. Только спина ее будто сгорбливается, а руки продолжают сжимать маленькую беспроводную мышь, держа ее на колене.