Камэнодзоки Цвет дна бутылки [если смотреть через горлышко] #C6C2B6

Мидзуиро Цвет воды #86ABA5

Сэйдзииро Цвет селадона #819C8B

Кокимурасаки Глубокий фиолетовый #3A243B

Усуиро Слабый цвет #A87CA0

Чёрное солнце – Куро (но) хи – первые иероглифы фамилий Карин и Тоширо.

Сорами – Небо. Второй иероглиф (истина) мог бы играть роль показателя женского имени (а, может, и нет – не сильна в этом).

========== - Экзамены ==========

На площадке перед академией толпились студенты. Они переговаривались, менялись местами, перекрикивались и слонялись без особого дела в ожидании своей очереди на жеребьёвку – лучший класс первого курса отправлялся на практические занятия на грунт, ловить искусственных пустых.

К коробке с номерками подошёл парнишка лет десяти на вид, даже младше. Но не только рост выделял его из толпы студентов. В академии он был самым младшим, кое-кто даже выражал сомнения, может ли двадцатилетний ребёнок (а для общества душ двадцать лет – это ещё ясельный возраст) учиться в академии. Но Иссай поступил, поступил сам, без протекции, в лучший А класс, и сомневающиеся завяли. Спрашивается, и куда же он так торопился, ведь по тем же меркам общества душ у него вся жизнь впереди. А поторопиться стоило, ведь силу синигами, проснувшуюся у него не в пример рано, нужно было научиться контролировать и использовать.

В академии справляться с этим стало проще, но это не значит, что проблем не было. Второй проблемой был глубокий кидо-кретинизм. Несмотря на то, что мама была экспертом, в этой области способности ему достались папины. Как и рыжие волосы. Как и всё остальное, впрочем, и это – было первой проблемой.

– Куросаки? – к нему подошёл одноклассник лет шестнадцати на вид. – Мы с тобой в одной команде.

– Угу, – убедился Иссай. – Ждём третьего и вперёд?

Это был какой-то неправильный тренажёр. Неправильный тренажёр, в котором использовались неправильные пустые. Они не желали подставляться под меч, а с кидо у Куросаки всегда были проблемы. Дзампакто тоже помочь не мог, поскольку Иссай с ним ещё не договорился, поэтому рыжему оставалось лишь убегать, отвлекая на себя внимание пустого, пока напарники изобразят какой-нибудь путь разрушения.

Улепётывая от монстра, пусть и искусственного, Куросаки не сразу заметил, как преобразилось окружающее пространство, а когда понял – выругался. Он умудрился проскочить общий барьер тренажёра и теперь нёсся по самому обычному городку мира живых. Дерьмово, надо что-то сделать с пустым. Иссай остановился и вытащил меч, пока безымянный. Монстр резко развернулся и припустил в сторону.

– Э?! – обалдел Куросаки и бросился следом.

Неизвестно, сколько бы рыжий ещё гонял Искусственный Интеллект, но тут Куросаки показалось, что он проскочил мимо зеркала, и Иссай вернулся. Это оказался мальчишка, по виду не на много старше Куросаки, тоже рыжий, он смотрел на синигами с некоторым удивлением. Иссай, конечно, знал, что и среди живых людей встречаются уникумы с сильно развитой рейацу, что видят пустых и синигами. Вот только обычно люди стараются держаться от монстров подальше. Этот проводил пустого скорее заинтересованным взглядом, а потом повернулся к Куросаки:

– На фига ты за ним гоняешься? Он же не настоящий.

Иссай выпал от такого заявления.

– С чего ты взял, что он не настоящий?

– Ну, – парнишка равнодушно пожал плечами, – это чувствуется.

– Это тренировочный, – вздохнул Иссай, – мне нужно его поймать.

– Поймать или прибить? И почему пути демонов не используешь?

На этот раз Куросаки не выпал по одной простой причине – он вырос среди синигами с их техниками, и не подозревал, что бывает иначе. Потому ответ был незатейлив:

– Прибить. И не дружу я с кидо, не даётся оно мне.

Парень посмотрел вслед пустому и свистнул, заложив пальцы в рот. Монстр обернулся. Искусственный интеллект требовал напасть на вкусно пахнущих щенков, и он понёсся на ребят.

– Хадо но 4. Бьякурай, – закончил заклинание мальчишка.

Сверкнул огонь, маска пустого треснула, и он рассыпался духовными частицами.

– Круть! Кстати, меня Иссай зовут, – Куросаки не любил произносить свою фамилию, слишком предвзято относились к нему в обществе душ из-за подвигов отца.

– Аки, – хмуро представился паренёк и, развернувшись, пошёл прочь, придерживая обеими руками лямки рюкзачка.

В следующий раз Куросаки попал на грунт тройку месяцев спустя и не совсем легально. Ну, в смысле, сенкаймоном, принадлежащем семье Куросаки, воспользоваться можно было когда угодно, но конкретно Иссаю разрешения никто не давал. Поэтому сейчас на нём поверх богатых фиолетовых хакама с бордовым косоде красовался посредственный на вид плащик, скрывающий, тем не менее, рейацу.

Напротив него в обыкновенной школьной форме и легкой курточке нараспашку, с самым пофигистическим выражением пялясь в мобильник, стоял такой же рыжий паренёк.

– Аки, ну, пожалуйста! Ну что тебе стоит?

– Мне это стоит прогулов в школе, чего я делать не намерен, – холодно отозвался он.

– Ну, неужели тебе не интересно...

– "Интересно" что?

Короткий высокий возглас раздался прямо над ухом будущего синигами, и тот в прыжке развернулся, намереваясь нанести удар, скорее рефлекторно, нежели действительно желая кого-то прибить.