Этот дружит с этими, и не дружит с теми; этот встречается с этой; этот дружит с большинством; этот — лишь с немногими.

— Интересно, убийца знал, что Катрин беременна? — размышляет Джон. — Она была где-то на двенадцатой неделе. Должно быть, только-только становилось заметно.

Шерлок восстанавливает в памяти ее репродуктивную систему, уместившуюся в одном лепестке «цветка». Другим органам убийца не придал такого значения.

— Ее муж, должно быть, знал, — продолжает Джон. Внезапно Шерлок хватает его за ворот; все составленные схемы улетучились, освободив место одной, до абсурдного простой мысли.

— Точно.

— Точно? — Джон мигает. — Что?

Ребенок. Измена. Отцовство. Он ищет слово, которое сможет произнести, но вместо этого говорит: «Беременна». Он вспоминает о своем блокноте, и, открыв, зачитывает:

— ДНК совпадают?

— Так ты думаешь, у нее была интрижка, — говорит Джон. — Считаешь, ребенок не от мужа.

Шерлок кивает и указывает на экран. В браузере все еще открыта страница Джейсона.

Джон тратит момент на то, чтобы обдумать информацию.

— Думаешь, это месть мужа?

Шерлок кивает, пожимая плечами.

— ДНК. Лестрейд.

Джон берет телефон и хмыкает:

— Лестрейд скиснет от мысли, что ты распутал дело, не выходя из гостиной.

Шерлок качает головой. Дело далеко не раскрыто; это лишь первая возможная версия, однако все не так однозначно: нужны доказательства.

Он переворачивает ящики стола в поисках никотиновых пластырей, лишь отчасти вслушиваясь в болтовню Джона. Слишком много шума, слишком много мыслей из разряда Джон приятно пахнет и Пусть только попробуют тронуть его хоть пальцем… Нет, ему нужна тишина, он должен сосредоточиться.

Он растягивается на диване, наклеив на руку пару пластырей (пока пару — третий ждет на кофейном столике) и вздыхает, ощутив, что это приносит спокойствие и умиротворенность.

Во-первых, зачем мужу понадобилась кровь жертв? Эти убийства были тщательно спланированы. Если он беспокоился о тестах ДНК, то зачем оставил тела? Если мы имеем дело с маньяком — они безумны по определению — то причины могут быть такими же сумасшедшими. Но если речь идет о муже — должен быть оправданный мотив.

Во-вторых, к чему тут эзотерика? Камни на глазах, узоры из органов, монеты, марки… Нет, убийство из мести должно быть простым, незамысловатым. А это — целая история, продуманная, тщательно спланированная, необычная. К чему? Может случиться так, что это ловушка, призванная запутать, убедить следствие в том, что все сложнее, чем есть на самом деле. В пользу этой идеи говорит умышленно обозначенное сходство двух убийств, но что делать с кровью? Должно быть объяснение, пусть и безумное. Зачем убийца забрал с места преступления то, что, будучи обнаруженным, позволит посадить его за решетку?

Шерлок соединяет ладони, в задумчивости. В этом нет никакого смысла. У нашего убийцы были свои причины обижаться на жертв. Чем досадили медицинские работники? Он сам хирург — в этом Шерлок уверен. Может, они были некомпетентны и он видел это? Он держит зуб конкретно на Королевский Госпиталь?

Не важно, кто он — маньяк или разгневанный муж.

Смысла нет.

========== С привкусом соли ==========

Следующим днем Шерлок тонет в странных мыслях. Он думает о Мориарти, пока поджаривает сэндвичи для ланча (процесс простой, но требует внимания), и, в конце концов, сбитый с толку, обжигает запястье о край сковороды.

Джон хлопочет, но все, что можно сделать — подставить запястье под воду, с чем Шерлок справился бы и сам. Все же, он позволяет другу носиться с ним, как с ребенком, и послушно вытягивает руку, чтобы тот мог нанести мазь и наложить повязку.

— Эй, ты где витаешь?

— Мориарти, — отвечает Шерлок. Вот так сюрприз. Он не чувствовал, как приходит новое слово, оно уже было здесь — лежало на языке странным соленым привкусом.

Джон хмурит брови.

— Он умер. Его прихвостни разбежались. Не думаешь же ты, что нити ведут к нему? Такое вообще возможно?

— Нет, — все же неуверенно отвечает Шерлок. Это чувство слишком «Мориарти». Он видел, как тот лежал в луже собственной крови, видел, что осталось от некогда гениальной головы. Шерлок провел три года, охотясь на членов преступной сети, убив и пересажав многих, в том числе и Морана. Не осталось ничего, ни одного отголоска из прошлого, способного показаться на свет и провернуть два жутких убийства.

Но это чувство слишком «Мориарти», и он сглатывает, пытаясь избавиться от странного, соленого привкуса.