Регулус Блэк старается внимательно слушать, что говорит на собрании лорд. Получается плохо. Кузина, чтоб ее! Беллатрикс беззастенчиво пялится на него, многозначительно улыбается, облизывает пухлые губы.

— ... таким образом, мы покажем нашу мощь не только магглам... — доносится до него властный голос Волдеморта, и Регулус изо всех сил пытается не обращать внимания на Беллу. Лучше думать о той чести, которая оказана именно ему — даже отца не пригласили на собрание ближнего круга. Радость омрачают только ужимки кузины. Ненормальная. Регулусу иногда страшно находиться с ней рядом.

Беллатрикс находит кузена очень милым. Хотя... Она не привыкла врать себе — то чувство, которое оживает в груди при виде Регулуса, лучше назвать одержимостью. Так будет правильнее. Белла хорошо помнит прием в честь его совершеннолетия, именно тогда она увидела кузена, словно в первый раз.

— Вырос, стервец, — Рудольфус пьет шампанское как воду и не сводит глаз с жены.

— Кто-то растет, кто-то стареет, — говорит она и пожимает обнаженными плечами, привлекая внимание к глубокому декольте. Руди неприлично фыркает в стакан, а Регулус заливается краской и отводит глаза.

Дразнить кузена забавно. Он очарователен в своей невинности и старательно избегает ее общества.

Руди недоумевает:

— Зачем тебе этот мальчишка?

Белла не ведется на провокации. Любой ответ можно обернуть против нее.

— ... в этом районе Лондона... ветка метро... — говорит лорд, и Белла хмурится — слова вроде бы знакомые, но...

— Но метро это маггловский транспорт! — у Регулуса получается неожиданно громко, и он тушуется, пытается спрятаться за чью-то спину.

— Совершенно верно, — холодно соглашается лорд. — В этом и состоит план. Двое доверенных лиц доедут на метро до нужной станции, поднимутся наверх и выполнят миссию. Благо, идти далеко не надо — сборище магглов будет как раз на площади у выхода. Помните: внезапность и беспощадность!

— Да, мой лорд! — с придыханием произносит Белла.

Волдеморт улыбается и благосклонно кивает:

— Беллатрикс...

— Мой лорд? — Белле не по себе, не может быть, чтобы именно ей пришлось тащиться в маггловский Лондон.

— Я не сомневаюсь в твоей, — лорд делает едва заметную паузу, чуть прикрывает глаза, — преданности, — продолжает он. — Ты выполнишь мой приказ. И, как преданной слуге, дозволяю выбрать себе напарника.

— Регулус, — вырывается у нее, прежде чем разум успевает подсказать взять кого-то, кто знаком с маггловским транспортом.

— О нет, — шепчет пораженный Регулус.

— Ты считаешь себя неспособным справиться с таким простым делом? — вкрадчиво интересуется лорд.

— Это большая честь для меня, я приложу все усилия, оправдаю доверие, — торопливо произносит Регулус, пытаясь исправить промах — говорить, что он не хочет выполнять поручение именно с Беллатрикс, кажется, не стоит. Приходится смириться.

Утром они встречаются, чтобы пройти испытание. Белла одета, как ей кажется, просто и элегантно, но на них оборачиваются. Ее это злит.

— Не мог надеть что-нибудь попроще, — шипит она Регулусу, косясь на его черную мантию.

— На себя посмотри.

— Проклятые магглы, — бесится Беллатрикс, прикладывая конфундусом какого-то старикашку. — Билет ему!

— Тише, — пытается утихомирить ее Регулус и заталкивает в вагон подошедшего поезда.

Белле плохо. Настолько плохо, что ее трясет, и она едва сдерживается, чтобы не достать волшебную палочку. Магглы! Проклятые магглы! Они везде...

Во время остановок едва удается держаться на ногах, будто вагон — норовистый скакун, стремящийся сбросить ненужного седока. Народ прибывает. Обступает со всех сторон. Дышит. Испускает миазмы немытого тела и ужасных духов. Гул голосов давит на барабанные перепонки. Глаза Беллы стекленеют, рука судорожно тянется к предплечью, где в рукаве спрятана волшебная палочка.