В последний раз завыла сирена, и над стихшим стадионом загремел гимн Атлантиса. Пилоты, забрав корабли, уходили под стадион, комментатор молчал. Начинало смеркаться; на поле и верхних трибунах включили подсветку, на крышах пятиэтажных бараков зажглись сигнальные огни.

— Тебя надолго исключили-то? — тихо спросил у Гедимина Линкен. Тот пожал плечами.

— В следующем году было бы неплохо к ним присоединиться, — взрывник кивнул на стадион. — Не бойся, я не буду ломать корабли. И ничего не взорву.

— Буду механиком — возьму в пилоты, — хмуро пообещал Гедимин. Он ждал последних итогов, а судьи не торопились, и ему было немного не по себе — он даже удивился. «Не вижу оснований для волнения,» — подумал он, убирая руку с перил. «Очередные полёты игрушек.»

Пять минут спустя гимн Атлантиса зазвучал снова, но оборвался через пару секунд. Дрон, висящий над стадионом, спустился ниже и зажёг дополнительную подсветку.

— Летние полёты завершены, и мы называем имена победителей! — прокричал комментатор. — Все вы могли оценить их мастерство, умения их пилотов и механиков, красоту их кораблей! Первое место в этом году получает звено «Эгион» из Ураниум-Сити — и Лётный комитет приглашает всех его участников выйти на поле! Командир звена — Лилит Тарс, механик — Иджес Норд…

Линкен посмотрел на Гедимина и широко ухмыльнулся.

— Глаза горят, — прошептал он, сжимая руку ремонтника. — Вышло не хуже, чем в прошлые годы, верно?

— Ещё лучше, — буркнул сармат. «Наверное, в самом деле давно надо было выйти из звена и не дразнить макак,» — думал он, наблюдая за тем, как охранник в тяжёлом экзоскелете вручает Лилит флажок Атлантиса и катушки с медным и латунным проводом. Один из журналистов спустил на поле камеру-дрон, чтобы заснять звено с наградами. На другом краю поля получал свой флажок за второе место командир звена «Иштар».

— Два из трёх — у Ураниума, — довольно хмыкнул Хольгер. — «Аргентум» немного отстаёт с этими пришельцами, не находишь?

— У «Иштар» — хороший механик, — пожал плечами Гедимин. — И очень неплохие пилоты.

Линкен фыркнул.

— Тебе никогда не везло с пилотами, атомщик. Ты просто не разбираешься. А на Земле я никогда не покажу, что на самом деле такое «хороший пилот». Не то ты бы сразу понял…

Кто-то из сарматов, торопясь спуститься с трибун, невежливо оттолкнул его от перил. Линкен ткнул его кулаком в спину, но развернуться и ответить сармату не дала напирающая толпа. Гедимин с трудом вклинился в неё.

— Спущусь к своим, — сказал он, повернувшись к Линкену и Хольгеру. — Надо поздравить.

— Само собой, — кивнул инженер, придерживая взрывника за плечо. — Если что, мы на озере.

Охранники-«броненосцы» давно ушли с лестниц, тонкую цепь роботов-уборщиков просто отодвинули в сторону и оставили так лежать. Гедимину самому пришлось отойти к стене и ждать, когда толпа вокруг «Эгиона» и «Аргентума» рассеется. В кольце стоял очень довольный Иджес и что-то рассказывал. Сёстры Хепри изучали крыло «Гарпии», вскоре к ним подошёл Торкват. Гедимин посмотрел наверх, на медленно пустеющие трибуны и почти тёмное небо. «В бараке поздравлю,» — подумал он, разворачиваясь к выходу. «Сейчас надо остыть.»

— Эй! — кто-то, протиснувшийся сквозь кольцо, окликнул его. Перед ним стояла новая самка-пилот, Вигдис из звена «Тау». Она была немного ниже ростом, чем Лилит, — рослые самки вообще попадались нечасто. Смерив Гедимина любопытным взглядом, она протянула ему руку.

— А ведь тут не обошлось без тебя, верно? — она кивнула на флаг победителя. — Это твои корабли, и управление ты дорабатывал… Тебе понравился новый лабиринт? Это они из-за прошлого года, из-за той жгучей смеси…

— Эй, Вигдис! — из расступившейся толпы выбралась Лилит и скрестила руки на груди, выразительно глядя на самку. Та, мигнув, шагнула назад.

— Тебе проволока нужна? Механики её сейчас поделят. Хочешь что-то получить — иди к ним, — сказала Лилит, плечом оттирая Вигдис от Гедимина. Та, кивнув, юркнула в толпу, и сармат тут же потерял её из виду.

— Ну как? — спросила Лилит, обхватив его плечи. Её взгляд был слегка затуманен, от тела — даже сквозь комбинезон — тянуло необычным жаром.

— Сойдёт, — Гедимин прижал её к себе, чувствуя, как в груди разрастается раскалённый комок, медленно переползая в солнечное сплетение. «Мутаген,» — он качнул головой, но жар, растекающийся по коже, так просто было не смахнуть. «Мы уже полностью мутировали. Никакого контроля…»

— Вы справились, как я и говорил. Лучше, чем со мной. И будете справляться дальше, — тихо сказал он. — Лучшее звено Ураниум-Сити и всего Атлантиса.

— Лучший механик Ураниум-Сити и всего Атлантиса, — мотнула головой Лилит. — Это твоя победа.

Одна её рука уже соскользнула на его живот, сдвигая застёжку комбинезона и отодвигая в сторону неудобные жёсткие пластины пояса.

— Напряжение… слишком велико, — выдохнул сармат, чувствуя, как сознание мутнеет. Жидкости, текущие в крови, брали управление на себя, — противостоять он уже не мог.