– Умм... Мыши знают, что съедобно, - пробормотал Нецис, раскусив плод Чинпы и выплюнув семена на ладонь.
– Ешь, Фрисс. В припасах одна солонина, лепёшки засохли... Ешь Чинпу. Пробовал когда-нибудь?

– У нас не растёт, - отозвался Речник, осторожно откусывая от крупной ягоды. Чинпа была куда слаще и сочнее, чем казалось на вид. Фрисс даже предложил очищенный плод Алсагу, но кот презрительно фыркнул.

– С собой надо набрать, - подумал вслух Речник, ссыпая плоды в пустой тюк из-под припасов.
– Вечером доедим. Нецис! А ещё что-нибудь есть можно?

Некромант не ответил, только поднял руку, призывая к молчанию. Он отложил недоеденный плод, прикрыл глаза и вдохнул полной грудью, а потом часто засопел, будто принюхиваясь к чему-то.

"Что?!" - Фрисс выхватил мечи и завертел головой, высматривая угрозу.

"Аххсса... Мы в этом городе не одни, Фрисс. Тут есть ещё живые," - с явным удивлением ответил Нецис, перестав принюхиваться. "Мало того... это Некроманты."

– Уф-ф... Нецис, хватит уже пугать!
– рассердился Речник и затолкал мечи обратно в ножны.
– Кому ещё и бродить по этим развалинам... Зайдём к ним в гости?

– Непременно, - прошептал Нецис и смущённо улыбнулся.
– Это необычайно интересно, Фрисс... несколько магов, и нежить с ними. Я слышал раньше о таких отрядах, но сам не встречался... как-то не пересекались. Они раскапывают древние города, чтобы узнать о прошлом. Это очень почётно... и очень опасно.

– Некроманты-изыскатели!
– хмыкнул Речник.
– Почти как ты, Нецис... Где они?

– Сейчас найдём, - колдун вытянул руку перед собой и сделал странный загребающий жест, а потом выкинул семена Чинпы под куст и пошёл дальше по тропе. Фрисс переглянулся с Алсагом и направился за чародеем.

Лес поредел и расступился задолго до первых домов. Их окружала голая площадь, только мох осмеливался расти в трещинах камней. На площади стояли длинные невысокие здания из чёрного камня, под чёрной черепицей, почти не тронутой временем. Это были скорее не дома, а навесы... в проёмах меж колоннами, поддерживающими крышу, что-то возилось и сверкало глазками. Некоторые здания рухнули и валялись грудой камня, некоторые сплавились в огромный ком обломков от страшного жара, обломки иных валялись по всей площади. На её краю, почтительно склонив лысую голову, стоял скелет в тёмно-буром балахоне по колено. На груди был аккуратно вышит склонённый стебель тростника.

"Это их Квайет," - оглянувшись на Фрисса, пояснил Нецис. "Значит, они из Тиалгикиса... Слышишь?"

Откуда-то из-за каменных навесов, из-за угрюмых ступенчатых башен, по углам украшенных резными мраморными черепами, доносился гудящий звук, изредка сменяющийся дребезжанием. Как будто жужжала огромная пчела, больше даже тех, красных и мохнатых, что роем кружили над каждой Гхольмой.

"Флейта-гзеними," - усмехнулся маг. "И то... время обеда, в такую жару даже нежить ленится. Идём, Фрисс. Тут недалеко."

Скелет в балахоне молча вёл их по запутанным проходам между навесами и башнями, останавливаясь, если они мешкали. Флейта гудела всё громче, и Фрисс уловил в воздухе запах дыма, горелых лепёшек и печёных фруктов. За покосившимся навесом показался край зелёного полога, сооружённого из широких листьев Самуны. На платформе, оставшейся от полуразрушенного здания, среди обломков колонн, стояла большая хижина, а рядом, вокруг нещадно дымящего очага, устроенного в груде каменных плит, собрались люди. Раздался недовольный окрик, и флейта смолкла. Нецис кивнул мертвяку на хижину, и тот послушно подошёл к костру, к десятку таких же Квайет, столпившихся у огня.

– Куурмейа!
– сердитый голос принадлежал человеку, только что выбравшемуся из переулка и усевшемуся на плиту у очага.
– Ты уснул?!

Второй, сидевший со странной двойной флейтой на краю бывшего фундамента, растерянно вскрикнул и спрыгнул к костру, обугленным шестом разгребая золу. Поднялся дым, недовольных голосов стало больше. Из маленькой толпы скелетов выбрался, пожимая плечами, ещё один живой и остановился у огня, скрестив руки на груди.

– Чтоб тебе всю жизнь личинок ловить, - с тоской выдохнул он.
– Куурмейа, ты хочешь уморить нас голодом? Что у тебя сгорело на этот раз?

– Нейнор, не злись, - потупился флейтист, поддевая шестом что-то в золе и выкидывая на большое блюдо.
– Я вам Чинпы набрал... и вот, ещё принёс многоножек...

– Опять шатался по городу?!
– тот, кто сидел у очага, медленно поднялся на ноги.
– Совсем жить надоело?!

– Только по роще, - Куурмейа втянул голову в плечи.
– Там цветёт Гхольма... я собирал лепестки. Ты сам говоришь, Глайен, что на раскопе я пока не нужен.

– Но в отряде ты нужен живым, - поморщился Глайен и махнул рукой, опускаясь обратно на камень.
– Нейнор, я ничего не могу поделать. Ты его здесь заменишь, а он тебя там - нет. Та-а! Квелгин, ты где?! Куурмейа, раздавай свои горелые лепёшки. Откуда ты взял гзеними? Я же просил Квелгина убрать её подальше...