Ливень не утихает. Ненормальная Ллойд уже, наверное, точит ножи, - суббота. Дворники не успевают размывать поток на стекле. Внутри такая же серость, муть, топь, хочется напиться, укуриться в хлам, получить классный минет и уснуть. Или пойти с Сарой в «Дамаск»? Она долго не берет трубку, а когда отвечает, голос заглушается шумными "всхлипами".

– Ты над кем-то рыдаешь?

– Нет, над Питтсбургом поет хор господних плакальщиц, заливая слезами мне телефон.

– Медитация под дождем? Как поэтично.

– Иди к черту, Брайан. Что ты хотел?

– Сегодня идешь в «Дамаск»?

– Нет.

Что-то в ее голосе настораживает… надрывность?

– Все в порядке?

– В рабочем. Спасибо за утро.

– Обращайтесь…

Сара перебивает и, нет, не ошибаюсь, голос срывается.

– Брайан, если есть время… Ты не заберешь меня с этой вонючей улицы? Я без машины.

Соглашаюсь. Ллойдовская фигурка с запрокинутой головой мокрой тенью сливается со стеной дома, рукой Сара отбивает в воздухе неровный ритм. Безумная… Забирается в машину, благодарит, просит отвезти ее… куда-нибудь, только не домой. Я сонный, голодный, мутный, что б ее, нет никакого желания возиться с чужими проблемами. Но Сара, ироничная, непробиваемая Сара подтягивает колени к груди и стонет в них «Я не могу. Даже попробовать… Блядь, не могу». Ее бьет крупная дрожь, от мокрой насквозь одежды тянет холодным паром, и это уже гораздо серьезнее моей мути.

– Нужна помощь?

Отнекивается, еще раз просит забросить ее в любое место, где есть водка или виски. Ну что ж, решение на поверхности.

Пока мы поднимаемся в лофт, Ллойд даже не спрашивает, куда я ее привез, зайдя, садится на пол около двери.

– Спасибо.

Молча наливаю, подаю стакан, иду в спальню переодеваться.

– Обхвати себя руками и сильно откинь голову. Да, и сними, пожалуйста, трусы.

Ее тон, как у патологоанатома, описывающего труп. Охренеть, то ли заржать, то ли послать, - Сара в дверях спальни взглядом юного натуралиста рассматривает «букашку» «Кинни пупырчатый».

– Нафига?

– Не бойся, это не насилие, у нас разные весовые категории и я не пристаю к геям.

Все-таки начинаю ржать, представляя, как Сара пытается завалить меня на кровать для обращения в натурала.

– Брайан, я серьезно. У тебя такие ноги, спина, шея и задница, что грех не нарушить обещание пока не снимать. Разденься, будь добр. Если твой член не золотое дилдо, то успокойся, даже смотреть не буду.

– Иди к черту, Ллойд. Модельный бизнес не мой способ заработка. Лучше бы отвез тебя в бар.

Вы можете словами пробить дыру в горе? Я нет. По-моему, она даже не слышит возражений, подходит, трогает руки, живот, встает на цыпочки, пытается запрокинуть мне голову, опускается на колени перед… блядь, что она делает? Фу, всего-то ощупывает ноги от бедер до лодыжек. И – я стою! Спокойно, позволяя проводить осмотр. Встает, заходит со спины, начинает стягивать с меня трусы.

– Брайан, сними, а. И покажи, какая у тебя камера. Пожалуйста. Можешь считать манипулятором, но мне это сейчас нужно. Нужно видеть перед глазами не…, неважно что. А безупречное сильное тело, снимать его, думать о нем. О, нет, не сексуально, исключительно как об объекте.

Об объекте? Комплимент или оскорбление?

– Брайан, пожалуйста. Час… Лица не будет, так что за член не волнуйся.

Уговорила…

Слушать Сару-фотографа забавно, требовательная, резковатая, много говорит, но не давит. Но самый большой парадокс в том, что я особо не сопротивляюсь.

– Первый. Брайан, будь добр, лицом к стене, не важно, к какой, фон будет другим. Представь, что тебя за макушку тянут вверх, а на ногах гири. Ага, вот так и вытянись. Нет, поясницу не прогибай, ноги чуть расставь. Руками обхвати себя, ладони должны буквально впиваться в спину. Черт, Кинни, ты никого никогда не обнимал до синяков? Ну-ну, извини, не огрызайся, а обнимай так, как брал самого любимого человека. Обнял? Теперь держи, не дай ему исчезнуть. Тсс! Голову медленно откидывай назад, не ломая спины, выше, еще… до хруста в позвоночнике. Терпи! Хорошо. Медленно поворачивай ее в сторону. Так, закинута, повернута, - профиль. Рот прикрой, можешь материться мычанием – я пойму. Стоп. Застынь. Нет! Никаких почесать задницу. Руки не сдвигай. Где? Давай я почешу. Здесь? Нет? Здесь? Держи шею. Черт, да такую шею можно продавать на порносайтах наравне с членом. Стоп. Снято. Еще раз. И еще. Пять минут перерыв.