– Мент, гнида!
– зло хрипел Пашка, стоя на полу в центре кухни. Его руки были закованы в наручники, - Думаешь, ей жить дадут? Да грохнут ее. А не грохнут - все равно тебя кинет. Она ж воровка, у нее в крови это.

– Что на флешке?
– спокойно произнес Сургут, внимая пустой магазин из пистолета.

– Не твое дело!
– сплюнул Пашка.

– Хорошо, - пожал плечами Сургут,- Флешка у вас. Зачем вам Злата?

Пашка гадко рассмеялся, но ничего не сказал.

– Она нам липу подсунула, сука!
– простонал Пашка, когда Емельян двинул ему кулаком в живот, - Тебе-то самому на хрена девка сдалась? Она ж из наших! Всем подряд давала, а недотрогу из себя строила. А ты и повелся, мент!

Я молчала, ожидая решения Емельяна. Ведь в чем-то Пашка прав. Я из их окружения. Нет, как бы ни было мне хорошо с Сургутом, что бы ни говорил он и ни думал, бред все, фантазии. Не быть нам вместе.

Прислонилась спиной к стене. Позади один из парней глухо застонал, то ли приходя в сознание, то ли теряя его. Не понять. Да и было плевать.

Емельян справится с нежданными посетителями, тем более, судя по всему, трупов не было. А мне.... Мне нужно взять сумку, все еще не распакованную, и уезжать куда-нибудь.

Сквозь непонятный гул в ушах и дымку перед глазами, слышала тихий, но угрожающий шепот Сургута.

– Если не подохнешь - передай своим, Рыжуха моя, - грозно чеканил Сургут слова, - Никто ее не достанет, ни ваши, ни наши! А кто рискнет - сдохнет. Усек?

Пашка что-то промычал в ответ. Сургут двинул ему коленом в лицо. Мой бывший подельник отключился. Сургут повернулся ко мне, а я, слабо улыбнувшись, пошла в спальню. Как только я скрылась из кухни, в квартире раздались шаги, голоса, среди которых узнала Дана и Велизара. Было если честно плевать, кто, зачем, и что там делает. Начала одеваться. Когда натянула джинсы и теплый свитер, в спальню вошел Сургут. Не ожидая его слов, вынула из кармана джинсов маленький предмет, из-за которого все и началось.

– Вот, - протянула я руку к Сургуту ладонью вверх, - Не успела тебе сказать. Та флешка, что у Александра - пустая. Я их подменила еще у Беркутовича. Я честно не знаю, что на ней. Но если она так нужна моему брату, возьми. Если не хочешь, я ее верну обратно.

Сургут молчал, стоя в дверном проеме. А я избегала смотреть любимому в глаза.

– Я позвоню брату, - вновь начала говорить, вынимая ботинки из сумки и собираясь их обуть, - Скажу, что ты не причем, чтобы больше не посылал к тебе своих людей.

– Звони, - пожал плечами Емельян. Вынула телефон из кармана. Набрала номер. После двух гудков брат ответил на вызов.

– Рыжуха, - спокойно проговорил Саша. Вздохнув глубже, собралась начать разговор, но не успела. Емельян выхватил трубку и начал говорить сам.

– Мелко как-то, Борзый, мелко, - ледяным голосом проговорил Сургут, - Всего четыре человека, да на меня одного? Не порядок!

Сашка что-то ответил Емельяну.

– Ты бы, Сашок, валил из города, - спокойно продолжил говорить Сургут, - Пока я не добрался до тебя. И еще. О сестре забудь. А вспомнишь - подохнешь, медленной и долгой смертью. Я позабочусь.

Сургут сбросил вызов и протянул телефон мне. К тому времени я уже надела куртку и застегнула сумку с вещами.

– Ты права, - вдруг сказал Сургут, - Не стоит сегодня ночевать тут.

С этими словами подошел к шкафу и открыв его, начал вынимать свою одежду. Футболка, теплый свитер, носки, джинсы. Сменный комплект полетел в сумку, также извлеченную из шкафа.

– Емеля!
– взвизгнула я, - Ты что творишь?

– Золотце, собираюсь, - пожал плечами Емельян.

– Ты не понимаешь!
– понимала, что нахожусь на грани истерики, но не могла с собой ничего поделать, - Я ухожу. Все! Наши отношения в любом случае тупиковые! Ничего не получится, понимаешь?