Аррфы вокруг меня заволновались. Разговаривать из-за грохота было почти невозможно и мы обменивались знаками, задаваясь одни и тем же вопросом - что происходит? Однако мы ничего не могли сделать. До тех пор, пока не окончится этот дикий катаклизм, мы могли только укрываться за своими щитами и ждать, надеясь, что ни одна из этих проклятых медленных молний не ударит туда, где будут укрываться живые люди.

Нам, кажется, везло. Молнии устремлялись к земле на значительном расстоянии друг от друга и били преимущественно за границами нашего лагеря. Небосвод с удивительным причудливым узором из почти черных и переливающихся радужными цветами облаков выгибался куда-то вверх, словно проваливаясь. Рельеф местности под ним походил на исполинские морские волны, а порывы ураганного ветра поднимали в воздух мелкие предметы и различный сор. Сверкали молнии, вздрагивала земля, грохотали взрывы.

Туннельный эффект, вспомнил я, рассматривая походившее на колодец небо. Это из-за него оно так проваливается, сравниваясь очертаниями с коридором или туннелем. Ну же! Сработай, треклятый портал, сработай так, как это задумывалось!

Портал сработал. В один момент от земли к небу рванулись тёмные полосы, моментально наполнившие пространство своими смазанными очертаниями, а потом на их месте вспыхнули яркие шлейфы, чем-то неуловимо похожие на силовые линии. Грохота и шума взрывов вокруг не было, но тряхнуло нас так, что загудели и заскрипели щиты, окружающие укрытие, а нас побросало друг на друга и повалило на землю. Было такое ощущение, что мы куда-то падаем, несмотря на то, что мы лежали на земле и сохраняли неподвижность. Все хватились друг за друга и слепо шарили вокруг, пытаясь разговаривать. Стало темно. По-настоящему темно, не так, как это бывает обычной безлунной ночью. Мы словно бы плыли в плотном тумане - любые звуки казались слабыми и вязли в воздухе не хуже насекомых в густой смоле. Неужели мы уже переместились, успел подумать я, а потом вокруг внезапно посветлело и я почувствовал себя на дне океана. Всё вокруг было каким-то застывшим и если и двигающимся, то очень медленно и неторопливо. Любое движение казалось ленивым и едва существующим. Воздух был немного мутным и имел отчётливый сине-серый оттенок. Небосвод покрывали облака и их поверхность напоминала поверхность воды, как если бы мы видели её снизу. Множество широких и длинных полос рассеянного света протягивались от облачного покрова к земле. Лёгкая дымка окутывала пространство. Где-то вдалеке, за границами нашего лагеря, к размытому небосводу поднимались многочисленные изломанные очертания остовов каких-то развалин, а в некотором отдалении за ними высился исполинский силуэт одинокого и невероятно огромного строения. Я даже представить себе не мог, какого размера было это невозможное сооружение и как оно должно было смотреться вблизи. Очертания его были мне знакомы до боли. Потому что это была арка.

Конец III части.

– Арка!

Чей-то приглушённый и гулкий крик прозвучал непривычно тихо, но его подхватили многие аррфы, поднимая вверх руки и выказывая обуревавшие их чувства другими эмоциональными жестами или движениями. У меня мелькнула мысль о том, что моя радость от того, что всё удалось, пожалуй, ничто, в сравнении с тем, что должны были испытывать те, кто шёл к этой проклятой Арке столько лет. Десятков лет. Сотен.

Вокруг зашумело. Мы принялись оглядываться в поисках источника звуков, но это странное тягущее пространство вокруг притормаживало любое наше движение, а потом в воздухе засияли десятки светящихся линий, протягивающихся от построек куда-то в высоту под всеми мыслимыми углами и наше укрытие захлестнуло резкими порывами бушующего ветра.

Неистовавший ветер швырял на подрагивающий силовой барьер, казалось, целые барханы из песка и какого-то мусора, а земля снова тряслась и сильно вздрагивала, подбрасывая нас и заставляя терять равновесие. Не знаю, сколько именно это продолжалось. Долго.

По счастью, конец в этом мире приходит не только хорошему и через некоторое время молнии уже не сверкали, а ветер напоминал о себе лишь отдельными, уже далеко не свирепыми, порывами.

– Надеюсь, что шторм утих.
– сказал где-то позади меня Анвазор и закашлялся.
– Надоело..

– Вы все видели? Это ведь была Арка, верно? Треклятая Арка!
– тихо восклицал Сорниус.

Я посмотрел на Анна, улыбающегося с какой-то злобной радостью. Арка. Это слово повторялось среди собравшихся в укрытии аррфов уже не один десяток раз. Арка. Наша конечная цель. Источник всех бед и возможное решение всех вопросов. Арка. Мы все видели её исполинскую тень где-то у горизонта. Вот только.. Боги. Какого же она на самом деле размера?!

– Анн!

Мой друг отозвался не сразу, поглощённый какими-то своими мыслями. Он пристально всматривался в окружающий нас туман и странно улыбался, вертя головой по сторонам.

– Да?

– Кажется, удалось!

– Да, Анриель, удалось.
– он кивнул.

Я заметил, что он чем-то обеспокоен, но спросил в первую очередь о том, над чем думал сам.

– Анн, ты видел арку?

Анниш наконец-то прекратил осматриваться и перевёл взгляд на меня.

– Да, Анр, я тоже видел видел арку. Огромный такой силуэт у горизонта. Ты ожидал чего-то другого?

– Но почему Арка - это действительно арка?

– Что ты имеешь в..

– Анн, аррфы называют Аркой портал, через который брат Леоратте смог попасть в С*арадж и который остался открытым, послужив источником всех проблем и изменений. Это общее название. Тогда почему портал действительно выглядит как огромная арка?

– Анриель.
– прикрыл глаза бывший дознаватель.
– Если меня что-нибудь и прикончит, то это ты.

– Анн, я...

– Ты разве не помнишь, о чём рассказывала Леоратте? Откуда Синхатт открыл этот свой портал?

Я задумался над этим вопросом и понял, что действительно этого не помню. Это важно?

– Нет.
– покачал головой я.
– Не помню.

– Портал был открыт из развалин какого-то храма в горах, где была выложенная каменными плитами площадка, посередине которой стояла..

– Точно.
– тут я действительно начал вспоминать, о чём говорит Анн.
– Арка!

– Да. Аскийские письмена и всё прочее. Очевидно, что это имело какое-то значение для визуализаци.. Однако это мелочи, Анриель, это всё несущественно.