Гарри дёрнулся и обратил на нас внимание.

– Привет, Колин!
– обрадовался он и вскочил с сиденья.
– Здравствуй, Луна, - кивнул парень, переворачивая бутерброд и начиная его поедать.

– Привет, - кивнула в ответ Лавгуд.

– Привет, Гарри. Чего один?

– Рон с Гермионой в купе старост, Джинни побежала к Дину Томасу, - с досадой произнёс Поттер.

– Мы можем к тебе присоединиться?
– вежливо спросила Луна.

– Конечно!
– отодвинулся Поттер, освобождая нам проход.

Я сел рядом с Луной. Она достала из сумки журнал. Огромные буквы на обложке оповещали о том, что внутри журнала можно найти пару бесплатных спектрально-астральных очков.

– Привет, Гарри!
– послышался из прохода знакомый голос.

– Невилл!
– ещё больше обрадовался Гарри.
– Я смотрю, "Придира" процветает?
– спросил Гарри, обернувшись к Луне.

– О да, тиражи растут, - ответила довольная Луна.
– Мы с папой и Колином в этом году снова съездили в экспедицию за Морщерогими Кизляками.

Невилл брезгливо поморщился со слов Луны.

– Ай, вернись сейчас же, Тревор!

Невилл полез под сиденье в погоне за своей жабой, попытавшейся вырваться на свободу.

– У нас в этом году будут занятия ОЛС, Гарри?
– спросила Луна, вынимая из журнала пару очков психоделической расцветки.

– Вроде незачем, ведь мы теперь избавились от Амбридж, - сказал Гарри, усаживаясь.

Невилл вылез из-под сиденья, по дороге стукнувшись головой. Вид у него был разочарованный.

– А мне нравилось в ОЛС! Я столькому у тебя научился, Гарри!
– с радостью сказал он.

– Мне тоже нравилось, - невозмутимо произнесла Луна, покосившись на меня.
– Как будто все мы были друзьями.

– Когда люди объединяются, руководствуясь определённой идеей или с какой-то целью, создаётся чувство сопричастности некоему обществу и подспудное чувство дружбы. Это может быть любовь к определённому жанру музыки, мотоциклам, компьютерам и многому другому. В банде и армии, когда от товарища зависит твоя жизнь, это чувство гораздо острее. На этом же принципе построены все секты, только там ещё стараются всякими уловками отключить критическое мышление. Мне понравилось ваше общество, но не понравилось висеть на волоске от исключения. Знаете ли, весьма неприятно, когда тебя валят на экзамене или когда министр и его помощница ищут всяческие лазейки, чтобы исключить и расколоть.

В купе повисла тишина. На меня смотрели с удивлением и непониманием. Вся троица соседей по купе испытывала неловкость. Но никто не успел продолжить - за дверью купе послышалась какая-то возня, две девочки хихикали и перешептывались, заглядывая в стекло.

– Спроси его!

– Нет, ты спроси!

– Я пойду!

Самая смелая из девочек, мулатка с темными глазами, выступающим подбородком и длинными черными волосами, открыла дверь и вошла.

– Привет, Гарри, я Ромильда. Ромильда Вейн, - сказала она громко и уверенно.
– Хочешь, переходи в наше купе. Совсем необязательно тебе сидеть с этими, - прибавила она театральным шепотом, указывая на меня и Луну, успевшую надеть очки, которые делали ее похожей на очумевшую разноцветную сову.

– Кого я вижу, неужели это Ромильда Вейн?!
– с притворным восхищением вырвалось у меня.
– А где же положенное господам обращение? Входя в купе к сквайру, ты должна уважительно поклониться и сказать: "Сэр Криви, дозвольте выразить вам моё почтение". А кто там за углом? Неужели твоя вечная спутница Софи Аддерли?

– Колин тут?
– раздался приглушённый писк Софи.
– Ромильда, пойдём, чего ты опять к нему цепляешься...

– Погоди, - отмахнулась от подружки Вейн.
– Криви, заткнись, когда я говорю!
– с презрением выдала она.

– О, да!
– с сарказмом вырвалось у меня.
– Ромильда, браво! Это было невероятно, словно тигр, пародирующий мышь. А сколько сарказма! Сколько предвкушения удовольствия! Будто перед постелью с растопырившимся обнажённым красавцем после года воздержания... Признайся, ты в меня влюбилась, не так ли?!

– Вот ещё!
– задрала носик Вейн.
– Я не к тебе пришла, а к Поттеру!

– Это мои друзья, - нахмурившись, холодно сказал Гарри.

– О, - воскликнула девочка, страшно удивившись.
– Ну ладно.

Она удалилась, плотно закрыв за собой дверь.

– Люди считают, что у тебя должны быть крутые друзья, не такие, как мы, - сказала Луна, продемонстрировав свою убийственную честность.

– Это было обидно...
– тихо пробурчал я.

– Вы и сами крутые, - коротко ответил Гарри.
– Их-то небось не было тогда, когда меня пытала Амбридж. Они не вырубили преподавателя и слизеринцев, которые над нами издевались. Это не они спасли нас от отчисления, - он пристально с благодарностью посмотрел на меня.