— Сверху? — переспросил Эобард. — это же полное безумие!

— Не сказала бы. Если повиснуть ногами, привязавшись за одну из свай и, выждав момент, выпрямиться вниз, появится хороший обзор на шею жертвы. Затем дело техники: взмахнул и, поспешно перебравшись поверху, покинул место преступления, пока никто не объявился.

— Выходит, и псевдопожар подстроил убийца, пока был наверху, чтобы избавиться от улик… — догадался Август.

— Это раскрывает убийство, но никак не поясняет, почему кровь не попала на тело убийцы. — Заметил Эобард. — следов он, конечно, внизу не оставил, но с учетом количества брызг и напора главной артерии человека, я сомневаюсь, что он бы рисковал так делать, чтобы запачкаться.

— Верно, — согласилась Одри. — Но это объясняется предсмертным посланием Анастасии, которое убийца пропустил мимо себя.

— Ты о тех четырёх буквах? — спросил Август.

— Верно, но перед этим я хотела бы спросить вас, — Одри чуть выждала паузу и продолжила, — почему у нас есть два повешения, но в одном случае у нас дверь закрыта, а в другом открыта? В чём смысл, если можно было и там, и там сделать загадку с запертой комнатой? Потому что убийце нужен был ключ… Мы так и не нашли его в комнате, да и не искали, потому что было открыто. Выходит, убийце понадобился чужой ключ от мужской ванной, чтобы, даже если он выложит свой под общий контроль, он мог проникнуть в ванную и свершить свое злодеяние.

— Это, конечно, замечательно, но причем здесь те четыре буквы? — переспросила Джули.

— А при том, что это недописанное слово раскрывает убийцу, а также объясняет, почему он смог выйти сухим из воды…

После этих слов она решительно посмотрела на убийцу. В воздухе повисло напряжение, девушка ухватилась за фарфоровую маску преступника и готова была костьми лечь, но разрушить её, обнажив истинную личину. Она задала лишь один вопрос: «Как погодка, Джули, где твой ДОЖДевик?»

Все взгляды присутствующих взволнованно приковались к Джули, а Чи даже на пару шажков от нее отступила. Сама учительница нервничала, что отражалось на ее мимике. Её фарфоровая маска добропорядочного человека дала трещину.

— Эй, Одри… Это уже не смешно, — сказала Джули, глядя на обвинителя, чуть дергая правый глазом. — Я не убийца… Да какой из меня убийца, мне тяжело даже пушку держать в руках, не то что пронести, как некоторые, — сделала она выпад в сторону детектива, пытаясь успокоить остальных и убедить их в свой правоте.

— А ведь это ты предложила проверить, что это Энтони так долго моется, — заметил, задумавшись, Август.

— И настаивала на том, чтобы мы не врывались к Одри… — добавила обеспокоено Чи, чуть пятясь назад и уже заходя за Августа.

— Ребята, прекратите… К чему этот цирк накануне выхода? Давайте просто сядем и успокоимся, — чуть приподняла Джули руки в качестве доказательства, что она ничего не замышляет.

— Что ж… Вполне здравая идея, уж присматривая друг за другом, мы не допустим кровопролития? — сказала детектив, и остальные неуверенно закивали.

— В таком случае, Джули, садись ко мне, — вежливо пригласила та учительницу, продолжая пристально за ней наблюдать.

— Рядом? — переспросила та неуверенно, после чего, окинув взором остальных, согласилась, — что ж, так и быть, подвинусь на один стул к тебе…

— Боюсь, левое место занято моим воображаемым другом, — Макс ехидно помахал Джули, жаль она это не видела. — Так что присядь справа, за Чи не переживай, она с другой стороны сядет. Да и вообще, я бы посчитала разумным, чтобы остальные пересели на другой край от нас, как никак, мы с тобой главные подозреваемые…

Было видно, как ломается оболочка, за которой прятался убийца. Шаг за шагом Джули приближалась к Одри, заставляя все отчетливей слышать этот хруст. Но, сделав буквально несколько, она остановилась, не в силах больше приблизиться.

— Что-то не так? — спросил Август, уже дойдя с остальными до другой стороны стола, и внимательно наблюдая за ней.

— Да нет, просто… Просто… — девушка отчаянно пыталась хоть что-то сказать.

— Просто ты не можешь придумать причину, почему ты не можешь сесть на место Чи. Ибо, даже если сошлёшся на соседнее место с прошлым подозреваемым, я просто пересяду чуть дальше… — чуть напряженно пояснила Одри, приготовившись в случае чего действовать.

— Почему… Почему ты не можешь сесть на мое место? — спросила Чи, — только не говори, что Одри права во всем, что это ты за всем стоишь?

Раздался треск, фарфоровое лицо разбилось вдребезги и окончательно. На смену нервному тику пришел смешок, который перерос в безумный хохот. Джули уже не могла контролировать себя и свои действия. Ухватившись одной рукой за свой живот, а второй наложив руку на лицо, прикрыв левый глаз, она злобно и с коварством в голосе смеялась.

— Джули? — растерянно окликнул Эобард переводя уже, револьвер с одной подозреваемой на другую, продолжая прятать Чи за собой.