Шрифт:
— Так с тобой всё это время была счастливая пуля, как забавно, но она тебе не поможет… — злорадствовала Джули.
— Я бы так не сказал… — возразил Август. — Разрешишь мне сказать последнее слово? Всё равно ты прирежешь меня у выхода отсюда…
— Что ж, слизняк… Валяй, только из уважения к тому, что ты моя последняя жертва.
— В таком случае, я хотел бы извиниться перед одним человеком… Быть может, сейчас он меня ненавидит всей душой, но я его не виню… Я даже не заслуживаю прощения…
— Что за хрень ты морозишь? — спросила удивлённо Джули, не понимая что происходит. Но Август её не слушал.
— Ещё у входа в бункер я знал, что возмездие меня настигнет. Ибо я уже видел эти глаза… Они совсем как у отца… — сказал тот, с улыбкой смотря на Одри.
Нет, нет, нет! Этот засранец не может так просто это сделать, поступить с ней так, после того как спас её и пережил всех остальных. От переживаний на лице Одри возникли слезы. Она пыталась осознать, что тот задумал.
— Этот револьвер изменил наши с тобой жизни. Признаться, я не хотел его убивать, лишь припугнуть, хоть это меня и не оправдывает… Думаю, твой отец хотел бы, чтобы револьвер остался у тебя, в надежде, что ты не спустишь курок, а если и спустишь, то спасая чью то жизнь…
— Быть не может! — осознала происходящее Джули. — Так это ты за ним пришла в этот бункер… Какая ирония… Если попытаешься остановить меня, то я заберу твою цель в жизни… Если отпустишь, то перечеркнешь на корню все то что ты пыталась сделать…
— Осталась минута до отключения всех основных функций бункера, — вновь повторил довольно неприятный факт роботизированный голос комплекса. А Джули всё отдалялась и отдалялась, оставляя за собой кровавый след и почти дойдя до поворота коридора.
— Боюсь, ты упустила одну деталь… — сказал Август.
— Это какую ещё деталь? удивилась девушка.
— Ты просчитала все постановочные самоубийства, но не смогла принять во внимание один единственный факт… Что если кто-то совершит настоящее самоубийство?
Джули не успела осознать смыслсказанного, как Август уже подал сигнал: — Эобард, сейчас!
После этих слов инвестор схватился двумя руками за ножи и перерезал себе горло. В это же время полумертвый Эобард из последних сил швырнул Одри револьвер. Действуя на одних инстинктах, та поймала его в полете, вскрыла барабан и запихнула туда одну единственную пулю, единственную попытку! После навела на ошарашенную Джули, которая лишилась своего живого щита, и взвела курок.
— Нет… Это не может быть концом… — прошептала та, впервые дрожа от страха собственного поражения.
— Прощай! — воскликнула Одри сквозь слёзы и нажала на курок. Раздался оглушающий выстрел. Убийца безмолвно упала на пол.
Все наконец закончилось. Она сделала все что хотела. Так почему тяжесть на сердце не пропала? Почему, глядя вокруг, она видит лишь поражение, неспособность хоть кого-то спасти? Будь она чуть решительней и сильнее, она бы спасла их всех… Всех до единого…
Дальше всё происходящее было как в тумане. Не найдя Макса, покачиваясь, она забрала свои четыре пули и поспешно сбежала из бункера, пока не отрубился резервный генератор, а потом очнулась у себя в доме. Могло показаться, что это был страшный сон, если бы в новостях не звучали факты о резонансом событии в еще не успевшем официально открыться бункере «Тёмных душ». К ней никто так и не явился… Это было одновременно приятным и пугающим. Что ж… Остаётся пытаться жить и дальше привычной жизнью. Готовиться к экзаменам, делать курсовые, зубрить право…
Вот только от привычных повседневных дел её отвлёк внутренний карман, в который она случайно заглянула и обнаружила игральную карту. Та самая, которую она запомнила. Пиковый Валет. Но карта имела одно отличие. Внизу был подписан адрес. Как догадалась девушка, это было приглашение от таинственного призрака.
Немного повертев в руках карту, она хотела её выбросить… Но что-то внутри не позволяло это сделать. Поэтому она с улыбкой положила карту обратно к себе в карман. Ведь что она потеряет, съездив туда и узнав секрет её ангела-хранителя?
Эпилог
4 мая 2106
Был тоскливый весенний день. Несмотря на относительно тёплую погоду, тучи кружили над головой и осыпали каплями прохожих. Одним из таких прохожих была Одри, что двигалась в сторону мемориала усопших. В одной руке она держала букет гвоздик, а в другой — тёмных орхидей, так что на зонтик рук не хватало.
Мемориал был довольно специфичным и представлял из себя огромный тёмный монолит-небоскреб. Ушла эпоха, когда человека хоронили в огромные деревянные ящики и огораживали заборчиком, после чего благополучно о нём забывали. Сейчас все тела кремируют и сервируют в урну, оставляя прядь волос с ДНК человека в память о нем. Подобный подход позволял сохранить много места, что являлось дефицитом в бурно развивающихся городах будущего. Мемориал являлся, по сути, музеем или кладбищем этих урн.
Дойдя до дверей, детектив еще немного постояла у входа, не решаясь входить. Она не знала, сможет ли вновь пережить воспоминания о том ужасе, предпочитая немного промокнуть под дождем и позволить тому смыть с нее все печали, наполняя решительностью. Смыв свои сомнения, она вошла внутрь, позволяя холодку помещения остудить ее. Информация о каждом погибшем была оцифрована и зафиксирована в системе, так что ей не составило труда найти нужную урну и маршрут к ней.
Добравшись до нужного застеклённого постамента, она положила одну из орхидей, прямиком у голографической надписи “Август Ларций, 23 сентября 2071 — 4 мая 2105”.