— А как человек с необычной точкой зрения, что вы можете сказать о грядущей войне?

— Сомневаюсь, что она состоится.

— Вы сторонник идеи худого мира, который неким образом перерастёт в мир нормальный? — заинтересовался младший Долгоруков несколько ядовито.

— Я сторонник теории заговора и апоплексического удара табакеркой по голове, — столь же ядовито ответил Фокадан, вынуждая наглого ротмистра поджать губы. Развивать неудобную тему русский князь не стал, да и всё в общем-то понятно.

Дабы не провоцировать русского аристократа, разговор перевели на иные темы. Как водится у офицеров, для затравки поговорили о военном искусстве, и снова…

— Не могу не отметить ваш знаменитый прорыв, — вежливо сказал молодой австрийский полковник (Гюнтер, просто Гюнтер!), один из героев закончившейся войны, — прямо-таки эпическая сцена.

— Полно, Гюнтер, — отмахнулся Алекс, — эпос в моём прорыве можно найти, только если не вглядываться слишком пристально. У пруссаков ко мне личные счёты, да и моим кельтам могло придтись не сладко — сами же помните вой берлинских газетчиков на тему наёмников. Насчёт военных талантов скажу не хвалясь, что как командир батальона я хорош. Но вот дальше не уверен. Полк или бригаду потяну, но уже исключительно как инженер, полководцем мне не быть!

— Ну-ну, — как-то очень дружески улыбнулся венгр, — не будем уговаривать!

Посмеялись и перевели разговор на извечные мужские темы — женщин, пьянки и азартные игры.

Списки пассажиров получались внушительными: помимо солдат ещё и члены их семей, весьма многочисленных, к слову. Все прекрасно понимают, что семейные штаты изрядно раздуты и что волонтёры просто по-соседски помогают перебраться за океан соплеменникам. Ну в самом же деле, не бросать сестру жены троюродного брата, если можно выдать её, допустим, за дочку. Разница в возрасте всего-то в пять-десять лет никого не смущала.

Там, за океаном, можно было надеяться… хоть на что-то. Здесь если не смерть, то беспросветная нищета на грани голода. К чести баварских чиновников, мелочиться они не стали.

Фокадан с большим трудом докопался, что некие хитроумные особи в недрах бюрократического аппарата Баварии провернули хитрый ход, вплетя переселенцев в ряд договоров о репарациях, так что кельтов, по сути, перевозят на деньги Пруссии.

Восхитившись столь хитрым ходом, Алекс задумался, а не провернуть ли ему что-то подобное? Деньги на переселенческую программу есть, но с учётом количества собравшихся переселенцев можно сказать, что и нет. Понятно, что правительство Конфедерации не оставит людей без помощи, обеспечив на первое время ночлег и питание. Дальше в дело вступят фабриканты и плантаторы, отчаянно нуждающиеся в рабочих руках.

— Другой вопрос, что договора с нищими переселенцами будут заключаться не совсем справедливо, — пробормотал он вслух, вскочив с уютного кресла и начав расхаживать по кабинету, — Несправедливость надо пресекать… да и растащат этак общину, не дело. Вложиться самому? Хм… потяну, пожалуй, но тогда ряд проектов под угрозой, на такую толпу много денег понадобится. Одеть-обуть-накормить, переезд внутри страны… нет, подчистую этак свои накопления выгребу.

— А если от противного идти? Не как обеспечить переселенцев, а кому они нужны? Хм, можно обратиться к фабрикантам. Если работать централизованно, через ИРА, контракты с работниками будут вполне божескими. Записать, ведь на землю далеко не все захотят садиться, да и не все потянут. Вдовы с детишками, да горожане потомственные, толку-то от них на земле.

Покусав по дурной привычке кончик перьевой ручки, он записал земля и снова принялся рассуждать вслух.

— Добрая половина волонтёров пошла в армию исключительно за землёй, после объявления Максимилианом декрета об ирландских ветеранах. Переложить доставку ветеранов и членов их семей на него? Хм, с одной стороны оно неплохо, сбрасываю с себя обузу, а с другой — на черта людям ехать в воюющую страну? Землю-то и в более спокойных местах найти можно. КША, Калифорния, Техас, Индейские Территории, хм…

— Провентилировать вопрос — кому из будущих фермеров именно земля нужна, а кому — полагающиеся к ней привилегии, обещанные мексиканским императором. Разница, если подумать, немаленькая — обычный фермер или как минимум эскудеро[5]. Пара сотен желающих точно найдётся, не все ещё навоевались. А вот Техас и иже с ним… деньги нужны. Кому нужны ирландцы в Техасе и Калифорнии, да так, чтобы платить за их переезд?

Алекс вскочил, запустив пальцы в изрядно уже отросшую шевелюру.

— Вертится в голове, никак… точно, от обратного пойти! Кому ирландцы не нужны… французам! Усиление Максимилиана и Ле Труа Наполеону как серпом, он и так в Мексике на негров ставку сделал, такое только от безвыходности. Заставить заплатить Максимилиана за всех? Не дело, приедет-то к нему не больше половины бывших волонтёров, остальные по Конфедерации рассосутся потихонечку. Давить на парней неправильно, обманывать Максимилиана тоже.

— Наполеона? Если уж на негров начал ставки делать, то ситуация для французов в Мексике вовсе уж кислая. Несколько тысяч… ладно, пусть даже полторы тысячи, зато не разрозненный сброд, а боеспособный инженерный полк, закалённый в боях. Хороший такой козырь для переговоров.

— Если показать французам ситуацию нужным образом, то они сами предложат проплатить, чтобы сплавить потенциальную угрозу подальше. Калифорния? Дикие пока места с обилием земли и полезных ископаемых. Если есть деньги на переезд и обзаведение самым необходимым, голодать там не получится.