– Как мы тут оказались? – спрашиваю я, стараясь не показывать тревоги.

– Просто заехали за Джесс! – смеется Кирин.

– Она тоже идет с нами?

– Да! Мы хотели сделать тебе сюрприз.

Мне потребовалось не меньше минуты, чтобы переварить эту новость и обуздать эмоции. Да-да, я рада, что с нами поедет Джесс, конечно, рада, она же моя самая давняя подруга. Просто сейчас все усложнилось.

– Как она, справится? – спрашиваю я у Кирин. – В смысле для нее это будет не чересчур?

Кирин понимает, что я имею в виду:

– Все будет нормально. Она просто больше не хочет садиться за руль, вот мы за ней сейчас и заедем.

Мы останавливаемся перед домом Джесс, я поднимаю с пола сумку и роюсь в ней. Мне ужасно стыдно – я не знала, что Джесс больше не хочет водить машину. Мне она ничего не говорила. Да и как она бы сказала, раз я несколько недель с ней не виделась?

– Мне надо эсэмэску отправить, – говорю я извиняющимся тоном, вынимая из сумки телефон.

Кирин отстегивается:

– Отправляй на здоровье, сейчас я за ней схожу.

Я склоняюсь над телефоном, прислушиваясь к ее шагам, – она идет по дорожке к дому. Потом звонит в дверь. На несколько мгновений у меня перехватывает дыхание. Но тут я слышу, как Джесс говорит «привет», как за ней захлопывается входная дверь. Затем они идут по дорожке к машине, оживленно болтая. И лишь когда они приближаются, я выбираюсь из машины.

– Джесс! – восклицаю я. Она идет ко мне, тяжело опираясь на трость. Я обнимаю ее – осторожно, чтобы она не потеряла равновесие.

– С днем рождения! – говорит она, обнимая меня в ответ.

– Спасибо. Так приятно тебя видеть!

– Давненько не виделись, – замечает она негромко.

– Знаю. Прости. Столько дел с этим праздником, со всем прочим. Дай-ка я тебе помогу.

– Я вполне могу сесть сзади, – протестует она.

– Не выдумывай, ты сядешь спереди. – Я беру ее под руку, помогаю забраться в машину. Я не помню ее такой хрупкой, и меня начинает грызть беспокойство.

Мы с Джесс знакомы уже много лет. Вместе учились в школе, и я была с ней в тот вечер, когда познакомилась с Адамом на вечеринке у подруги. Адам тогда пришел вместе с Нельсоном, и, хотя душой вечеринки и главным шутником был как раз Нельсон, меня тут же потянуло к Адаму – не только потому, что он был невероятно привлекателен внешне и совсем не похож на большинство парней его возраста, но и потому, что он смотрел мне прямо в глаза, когда мы разговаривали. Его глаза всегда меня словно гипнотизировали; они замечательного серого цвета, и Марни повезло – она их от него унаследовала.

К концу того вечера мы договорились на следующей неделе сходить куда-нибудь вчетвером – я, Адам, Джесс, Нельсон, – и мне буквально не терпелось снова его увидеть. Но тут Джесс спросила меня: ничего, если она выберет Адама? Видно, он и в ее глаза смотрел, огорчилась я. Но решила, что увидеть его вместе с Джесс лучше, чем не видеть вовсе, да и с Нельсоном будет очень прикольно. И потом, это же лишь на один вечер. Мы пошли в клуб – знай об этом мои родители, ни за что бы меня не пустили, – и я вдруг обнаружила, что осталась наедине с Адамом. Позже он признался, что сказал Нельсону: он пойдет на это двойное свидание, только если Нельсон согласится весь вечер занимать Джесс и оставит нас вдвоем.

Жизнь полна непредсказуемых поворотов, и теперь Джесс замужем за Робом, младшим братом Нельсона. Их дочь Клео – лучшая подруга Марни, я – крестная мать Клео, а Джесс, соответственно, крестная мать Марни. Так что, по сути, мы одна большая счастливая семья.

А потом – два года назад – у Джесс обнаружили рассеянный склероз.

– Все на борту? – уточняет Кирин, заводя мотор.

– Все, – подтверждаю я, пристегиваясь. – Такой приятный сюрприз. Провести день рождения с двумя лучшими подругами – лучше и не придумаешь.

Ну да, я знакома с Кирин не так долго, как с Джесс, но, с тех пор как Нельсон представил ее нам с Адамом, она действительно стала нашим близким другом. Порой мы с Адамом невольно задавались вопросом, женится ли когда-нибудь Нельсон. И наконец он женился – в тридцать четыре года, не так уж и поздно, просто у нас сложилось такое впечатление, – мы-то к тому времени уже были женаты пятнадцать лет. У них с Кирин все тоже произошло стремительно, типичный молниеносный роман, но этому я совершенно не удивляюсь. Мало того что Кирин невероятно милая, она еще и невероятно красивая, у нее густые гладкие темные волосы и великолепная оливковая кожа, то и другое – наследие индийских предков.

Мне кажется, Адам почувствовал облегчение, когда Нельсон перестал быть холостяком. Все эти годы он наблюдал, как Нельсон укатывает на своем «харлее» вместе с приятелями по мотоклубу, а сам вел Джоша с Марни на плавание, в парк или просто куда-нибудь на природу. Даже когда Нельсон встретил Кирин, наша повседневная жизнь оставалась диаметрально противоположной, потому что они были свободны и могли делать что заблагорассудится, ездить куда угодно: им не приходилось думать о ком-то еще. Но потом у них появились близнецы, а вслед за ними – Лили. И теперь Нельсон никуда не ходит без них, разве что воскресным утром катается на своем мотоцикле к побережью: это он себе выбил.