– Думаю, Дэниелу будет, о чем поговорить с тремя выжившими… - она заколебалась, - членами клуба Саймона. Не говоря уже о типе, который убил пятерых женщин на прошлой неделе.

– Мы знаем, кто это. – В голосе Люка тоже появился гнев. – И мы до него доберемся. Это всего лишь вопрос времени. Кроме того, один из насильников уже у нас за решеткой.

– Ага, мэр Дэвис. Это меня очень сильно удивило. – Тринадцать лет назад Гарт Дэвис не производил впечатление удачливого парня. И конечно же не мог стоять во главе группы насильников. Но он был одним из них, фотографии говорили сами за себя. – Однако помощник Мэнсфилд сбежал, да? После того, как убил парня, который должен был вести за ним слежку. – Рэнди Мэнсфилд всегда был паршивой овцой. И тот факт, что сейчас он имел полицейский жетон и табельное оружие, совсем не успокаивал. На челюсти Люка дрогнул мускул.

– Тот парень, который должен был вести за ним слежку, был очень хорошим агентом. Его звали Оскар Джонсон, - выдавил он. – У него осталось трое детей и беременная жена.

Он скорбел по этому человеку. Кроме того, он друг Дэниела и, по-видимому, преданный.

– Мне очень жаль, - сказала она чуть мягче. – Но вам стоит признать, что вы с Дэниелом совсем не контролируете ситуацию. Вы ведь даже не знаете, кто третий… - Ну, давай, говори же. Сюзанна откашлялась. – Кто третий насильник…

– Мы все равно его поймаем, - упрямо повторил Люк.

– Я уверена в этом, но остаться все равно не могу. Кстати, у Дэниела есть новая подружка, которая вполне может держать его за руку. – Сюзанне не понравился тон, который прозвучал в ее голосе. Она завидовала счастью Дэниела, это ребячество и подлость. Но жизнь очень несправедлива, в этом Сюзанна убедилась давным-давно. – Не хочу навязываться.

– Вам понравится Алекс Фаллон, - сказал Люк. – Дайте ей шанс.

– Естественно. Но у мисс Фаллон сегодня тоже был тяжелый день. Ведь в коробке она видела и фотографии своей сестры. – И мои. Не думай об этом. Вместо этого Сюзанна сосредоточилась на мыслях об Алекс Фаллон. Жизнь новой подруги Дэниела имела что-то общее с жизнью его и Сюзанны. Один из вышеупомянутых насильников убил ее сестру-близнеца. Сюзанне нравилось немного по-детски завидовать Дэниелу, но этой женщине она зла не желала. За прошлые годы ей и так досталось сполна.

Люк издал утвердительный звук:

– Да. А ее сводная сестра по-прежнему числится пропавшей без вести.
– Бейли Крайтон. Один из четырех погибших преступников был братом Бейли. Люк по дороге рассказал, что брат Бейли написал и отправил ей что-то вроде исповедального письма. Вскоре Бейли похитили. ГБР считало, что один из насильников испугался, вдруг Бейли отправится в полицию. – Бейли отсутствует уже неделю.

– Что выглядит совсем не хорошо, - пробормотала Сюзанна. – Нет, очень жаль, но нет.

– Ну, как я уже говорил, у Дэниела дел по горло. И у вас. Итак…

Сюзанна вздохнула:

– Вернемся к моему первоначальному вопросу, агент Пападопулос. Вы не могли бы высадить меня в аэропорту, когда поедете в офис?

Он тоже вздохнул:

– Короче, ладно. Я отвезу вас.

Даттон, Джорджия,

Пятница, 2 февраля, 15 часов 20 минут

Люк исподтишка посмотрел на Сюзанну, и снова сконцентрировался на извилистой дороге. Впервые он увидел ее рядом с Дэниелом на похоронах их родителей. В тот день ее лицо выглядело настолько бледным, что он задался вопросом, выдержит ли Сюзанна траурную церемонию. Она произвела на него впечатление своей силой и выдержкой, которая никоим образом не вязалась с ее утонченной красотой. За этой сдержанной внешностью он почувствовал безысходность, которая притягивала его, как магнит. Он не мог отвести от нее взгляда. Она такая же, как и я. И она это понимает. Теперь Сюзанна сидела рядом с ним на пассажирском сиденье, одетая в тот же черный костюм, что и на похоронах. Даже сегодня ее лицо очень бледное, и Люк вновь почувствовал ее безысходность. Она имела для этого все основания.

Сюзанна утверждала, что с ней все в порядке, но на самом деле это лукавство. Ей только что пришлось столкнуться с самым худшим кошмаром ее жизни. Час назад она вошла в бывшую комнату Саймона и целенаправленно вскрыла тайник. Извлекла оттуда коробку с фотографиями и передала ее полиции. Все это время она оставалась спокойной, будто в этой коробке хранились билеты на футбол, а не фотографии со сценами изнасилования. Ее изнасилования. Люку хотелось треснуть кулаком о стену, но он сдержался. Как и она. Она держалась с таким достоинством, что любому полицейскому стало бы стыдно. Тем не менее, с Сюзанной Вартанян явно не «все в порядке».

И со мной тоже. С Люком уже очень давно не все в порядке. Его обуревал гнев. Прошлая неделя оказалась очень скверной. И весь год тоже. Из глубины памяти на него смотрели множество лиц. Они издевались над ним. Преследовали его. Ты был нашей единственной надеждой, но каждый раз ты появлялся слишком поздно.

Они и сейчас опоздали, на тринадцать лет. У Люка по позвоночнику пробежал озноб. Он не считал себя суеверным, но суеверие мамы-гречанки оказало на него большое влияние, и число тринадцать вызывало у него трепет. Тринадцать выживших жертв преступлений, совершенных тринадцать лет назад. Одна из этих жертв сидела на пассажирском сиденье. Ее выдавали глаза. Она винила себя. Это заметно. Если бы она раньше рассказала, то остальные девушки не испытали бы горе. И группы насильников, которым хотел отомстить сегодняшний убийца, не было бы, и пять женщин из Даттона остались бы в живых. Если бы она тогда рассказала, Саймона арестовали бы вместе с остальными, и он бы не погубил столько людей.

Естественно, она сделала неверные выводы. В жизни так не бывает. Люку очень хотелось, чтобы все оказалось так просто.

Ему очень хотелось, чтобы эта коробка, которая сейчас лежала в его багажнике, оказалась бы уничтоженной тринадцать лет назад. Однако он точно знал, что Артур Вартанян освободил бы своего сына и забрал бы его домой. И Саймон убил бы тогда свою сестру. В этом Люк не сомневался. У Сюзанны тогда не было выбора, и она не могла знать, что Саймон оказался причастным к изнасилованию многих других.