В самом центре площади развели костёр, и тут же начали на нём жарить рыбу и мелкую дичь. Вдоль машин поставили столы со скамьями. Вскоре пешком пришли остальные приехавшие мужчины, которые разгружали грузовик у большого барака.

– А где машина? – спросил Игорь.

– Там и оставили, – махнул рукой Александр, – Кто его тут сопрёт? Хотели в гараж загнать, да, говорят, там света нет.

Наконец, ужин был готов. Правда, кроме приехавших, есть никто не стал. Недавно ужин был, все и так были сыты. Но поговорить с гостями хотелось всем. И начались посиделки. До позднего часа продолжались беседы у костра. Было уже слишком поздно, когда все разошлись по домам. Каждый предлагал свой дом для ночлега.

С утра мужчины разбежались по машинам и первым делом загнали их в гараж. Там тут же начался их техосмотр и подготовка к обратному долгому пути. Работа не из лёгких. Все детали были изношены, где можно было, ставили заплаты, перепаивали на сто раз. Ведь хороших деталей на руинах города не валялось.

Игнат пошёл в док, разбирать, привезённый, груз и налаживать лодки. В обед к нему присоединились Игорь с Александром. Обедали тут же.

Поселение располагалось недалеко от берега, на территории бывшего парка. Сам парк был обнесён земляным валом, по внешней стороне которого жители прорыли ров. Он проходил по периметру парка. И ров, и вал резко обрывались на бетонном берегу, который возвышался над водой. Растительность из парковой зоны быстро разрослась по округе, захватывая руины. Это поселение резко контрастировало с поселением Игоря. Воздух здесь был намного чище – ветер проносил смог мимо, а тот, что, всё-таки, надувало, быстро поглощался растительностью. Деревья здесь росли повсюду вместе с кустарником. Дворы домов были покрыты зелёнными газонами, а вокруг домов были разбиты цветочные клумбы. Из-за этого даже дома казались более пёстрыми, хотя были теми же самыми бараками, как и в поселении Игоря, также сколоченными из всего, что под руку попалось. Руины города здесь пестрели деревцами и мелким кустарником.

От самого поселения до берега шла своеобразная железная дорога. Бетонные блоки, большие осколки были аккуратно уложены на земле. На них сверху были положены рельсы из метрополитена. Дорога начиналась у большого барака и заканчивалась на берегу, где концы рельс, примерно, на метр утопали в воде.

После обеда все притихли в полудневной дрёме. Игнат, Игорь и Александр сидели на веранде барака, обращённой к воде. Оттуда открывался прекрасный вид на гавань, остров Говернорс, береговую линию на Лонг-Айленде и небоскрёбы Манхэттена, затянутых пеленой смога.

– Хорошо у тебя тут, – сказал Игорь, любуясь видом города.

– Да-а… – блажено протянул Игнат, расположившись на стуле. Он вытянул ноги и откинулся на спинку, – Потому и сколотил тут эту веранду.

– Мы тут у тебя спросить хотели, – начал неуверенно Александр.

– Так, – насторожился Игнат и ровно сел на стуле, подогнув ноги под стул.

– Ты же у нас моряк опытный, – продолжил Игорь, – Половину гавани исплавал.

Игнат кивнул.

– Ты, слышал, когда-нибудь про линкор «Громовержец Перун»? – спросил Игорь.

– До войны или после? – улыбнулся Игнат.

– Конечно, после, – ответил Александр.

– Ищите?.. – хитро и несколько с насмешкой спросил Игнат.

– Хотели бы его найти, – нагнулся к нему Игорь.

– Думаете, он в городе? – не меняя выражения лица, сказал Игнат.

– Дети у нас газету нашли, – ответил Александр, подойдя к обеденному столу, где дымился, чудом сохранившийся самовар, – А в газете заметка, что корабль прибыл сюда за пару дней до цунами.

– Да-а… – протянул Игнат, вновь откинувшись в кресле, – Такой корабль за два дня в дорогу не снарядишь.

Александр заварил чай и отошёл обратно к Игнату с кружкой в руке.

– Что? Нравится? – спросил тот. Александр кивнул. Игнат улыбнулся, – Сами выращиваем и высушиваем. Самому нравится.

– У нас там особо плантации не наделаешь, – сказал Игорь, – Один асфальт с бетоном. Да и гадостью из метро тянет. Начнёшь бельё сушить, так воняет, ужасно. Такой чай нам не вырастить, не высушить не получится.

– Я думаю, запасы его у нас есть, – сказал Игнат, – Могу дать немного в дорогу.

– Будем очень благодарны, – ответил Александр, отхлебнув из кружки.

– Так, что про линкор тебе известно? – пристально посмотрел Игорь на Игната, вернув разговор обратно.

– Да, действительно, – ответил Игнат, – Корабль был в городе накануне удара волны. Но я тут причём?

– Как причём? – удивился Игорь, – Ты же моряк и гавань всю избороздил.

– Так одно дело гавань и другое… – он указал рукой в сторону, где нью-йоркская гавань через пролив выходила в Атлантический океан, – Попробуйте там поплавать. Там же и волнение и течения. Попробуй, выйди в океанское побережье – если лодку не разобьёт, так унесёт в открытое море.

– Зачем в океан? – удивился Александр, – Порт же на Манхэттене был, – он указала рукой с кружкой в сторону острова.

– То есть про сам корабль вы ничего не знаете? – с насмешкой спросил Игнат.

– Ты куда клонишь? – Александр с Игорем переглянулись.

– Где-где, а в порту он не может быть в принципе.

– Как не может?

– Потому что это самый большой корабль, который когда-либо создавало человечество. Это суперлинкор.

– Это мы и так знаем, – сказал Игорь.