–Понимаю, но так будет лучше. Прощай, Хлои.

Эдмон встал, обнял меня и ушел. Думаю, что больше никогда не увижу его. Глаза моментально наполнились слезами, я встала и побежала в танцевальный зал.

Там я выплеснула все эмоции, ведь танцы помогают мне жить, и я не представляю, что бы было, если бы я не танцевала. Что чувствуют танцоры, которые не заняли место, которое хотели бы? Правильно, поражение. Так же я чувствую себя, но только на из-за места, а потому что осталась совсем одна.

Прошло ровно полгода с тех пор, как я не видела и не слышала Эдмона. Было безумно тяжело, скучно и грустно. Я не находила себе места, потому что раньше всё казалось таким лёгким, несмотря на мою непростую жизнь, но сейчас, когда рядом нет лучшего друга, моя и без того ужасная жизнь стала ещё хуже. Единственным спасением были танцы, хоть и там я получала больше негативных эмоций, нежели позитивных, так как тренер-Элиана, была безумно злой женщиной. Она не только оказывала на нас физическое давление, но и моральное, а это хуже всего. Как бы это сейчас не звучало, но лучше получать розгами по спине, чем вновь слышать о своей бездарности.

Мои дни были однообразны: подъём в 6 утра, невкусный завтрак, которого я очень часто лишалась из-за плохого поведения, школа, в которой мне было очень одиноко и тренировка, где меня били или унижали за плохо проделанную работу. В один из таких дней я проснулась и подумала: А зачем мне всё это? Почему я не могу просто уйти из жизни, ведь и так никто и не расстроится? С этими мыслями я пробыла весь день. Сидя на уроке литературы, ко мне за парту подсела одноклассница-Шейла. Она всегда молчала и ни с кем не общалась, её обижали больше всех. Одноклассники унижали её за нестандартную внешность: у Шейлы было косоглазие и врожденная расщелина губы. Именно из-за этих дефектов биологические родители Шейлы отказались от неё. Ведь таким влиятельным людям не нужен был «уродец», который не вписывался бы в их идеальную семью. Жестоко. Очень. Но я никогда не считала Шейлу ужасной девочкой, честно, я её даже не замечала. Но когда она подсела ко мне, моему шоку не было предела, даже ладони вспотели, потому что я ни с кем не общалась, кроме Эдмона.

Конец ознакомительного фрагмента.