– ОТПУСТИТЕ МЕНЯ, ДЕМОНЫ! – начал верещать кто-то внезапно, отчего водитель от неожиданности ударил по тормозам. – ОТПУСТИТЕ! КУДА ВЫ МЕНЯ ЗАКРЫЛИ?!

Синяков машинально вздрогнул… Оглянулся. Через два сиденья от него сидел бритоголовый крепыш с выражением на лице крайне подавленной агрессии – словно он сжал монету зубами и изо всех сил старался её разгрызть. Но кричал не он – рядом сидел тот шизик, любящий разговоры о членах.

– Заткните его! – взвизгнула Острова-Проволокина, и начался настоящий кошмар.

– Третьяков, вдарь ему по башке! – скомандовал Бурьянов, но охранник не успел подчиниться – только вскочил со своего места, срывая с пояса дубинку.

– Охрана, назад! – рявкнул Костылёв. – Здесь я заправляю этой чертовщиной.

– …ОТПУСТИТЕ!…

– Пожалуйста, сделайте что-нибудь! – подал голос ещё кто-то и захныкал.

– Да? – прошипел Бурьянов. – Так делай! Или я сам размажу ему башку!

– Да кто ты такой вообще? Место своё знай! – рявкнул Костылёв в ответ.

– Если тебе дорого твоё место… А оно тебе, несомненно, дорого, ты слушать меня будешь! – возопил в ответ Бурьянов. Разница между ними была в две головы, и в тесном коридоре автобуса это подчёркивалось ещё сильнее.

– Если ты со мной будешь разговаривать в таком тоне…

Стеклова заплакала. Берман – мальчик с волосами, выкрашенными в розовый цвет, – начал истерично раскачиваться.

– ДЕМОНЫ! ОТПУСТИТЕ МЕНЯ!

Шизик и не думал успокаиваться, продолжал вопить.

Водкин решил взять ситуацию под свой контроль и пошёл назад… Стараясь не наступить ни на кого. Но почувствовал на лице чей-то чуткий взгляд, отвлёкся и всё же споткнулся о ноги Антоновской…Единственной воспитанницы, зататуированной полностью – с ног до головы. Она ойкнула… Но Водкин не свалился на пол, а просто навалился на неё. Тут же отпрянул и принялся искать того, кто пялился…

Черникина. Сидела у окна посередине автобуса и не моргала. Смотрела прямо ему в лицо… Вокруг стоял страшный шум, будто гремело торнадо, но она никак не реагировала на это.

Водкин заставил себя продолжить движение и добрался до шизика. Опустился на колено перед ним… Лицо психа – белое и искривившееся – моталось из стороны в сторону, а руки молотили воздух.

– Успокойся, приятель, успокойся… Как тебя, Лепестков?

– ОТОЙДИ ОТ МЕНЯ! – заорал шизик, брызганув снопом слюны прямо в лицо Водкину. – ДЕМОН! Вы все демоны!

– Если ты не успокоишься… Тебе тот крепкий парень в твёрдой каске раздаст лещей, и тебе придётся взять в себе в руки. Придётся, понимаешь?

– Да что ты с этим психом говоришь! – подал голос кто-то из воспитанников, может, Алиев. – Пинком его заткни!

– Я НЕ ПСИХ! – заорал Лепестков. – Это вы психи… Вы все сумасшедшие! Вас всех нужно разорвать на куски! Вы блохи на теле собаки! Вы пауки в банке! Я буду вас давить!..

Водкин схватил его за плечи и тряхнул.

– Успокойся! Приди в себя!

Он не заметил, как рядом оказался Бурьянов. Тот шагнул к нему и ударил его кулаком по голове. Шизик замолчал, обхватив лицо руками. Сквозь них послышались рыдания.

Конец ознакомительного фрагмента.