А потом… девушка прикусывает мою губу, и морок рассеивается.

«Виктор, не обманывай себя, это твоя кровь внутри неё заставляет гормоны плясать, затмевает всё, кроме инстинкта быть ближе к источнику вампирской крови. Ты ведь знаешь об этой побочке, уже проходил этот урок».

Кое-как беру себя в руки и отстраняюсь от Алекс.

— Алекс, нет, — а сердце бешено стучит: «да-да-да, сделай её своей!»

— Виктор… я хочу тебя! — слова девушки звучат лучше всего на свете, что когда-либо слышал. Но это фальшивая мелодия, продиктованная моей кровью внутри её тела.

Кое-как сдерживаю дрожь желания, пресекая мысли послать всё к чёрту и продолжить познавать тело красавицы. Вместо этого терпеливо, осторожно подбирая слова, чтобы не ранить, объясняю, что сейчас происходит с её телом.

Чтобы отвлечься от зелёных колдовских глаз, разжигаю камин. Тысяча мыслей зудит в голове, и я прерываю натянутую, как тетива, тишину.

— Прости, что не сдержался и ответил на поцелуй, так не должно было быть.

«Ведь это запрещено, — ехидно напоминает занудный внутренний голос. — Ты нарушил собственное правило… Она могла умереть, это недопустимо!» — прерывает зверь мои терзания.

Алекс воспринимает всё достаточно спокойно. Конечно, ведь в её сердце Тео Ан, неизвестно чем заслуживший любовь такого создания.

После того, как мы поели, соблазнительная Алекс уходит в спальню с книгой и засыпает за считанные минуты, я долго-долго стою у её кровати, впитывая образ той, кого уже не смогу забыть.

Её кровь пахнет, как лучший в мире нектар, её глаза — зеленее всех лесов мира, а губы… за то, чтобы ещё хоть раз почувствовать их сладость, я отдал бы всё.

Но скоро действие вампирской крови закончится, и её наваждение пройдёт.

Когда за нами прилетает спасательный вертолёт и мы покидаем уютный лесной домик, я всё ещё не могу отвести глаз от Алекс, почти окончательно пришедшей в себя. Мне начинают приходить отчёты с мест нападений на дома Высших, и я погружаюсь в работу, пытаясь хоть как-то отвлечься от грустных мыслей о своей одинокой вечности без этой зеленоглазой девушки.

Остаток дня проходит как в тумане, я даже пропускаю ужин, и понимаю это, только когда взглядываю на часы, когда Мария появляется на пороге кабинета.

— Брат! — она бросается с объятиями. — Как же ты меня напугал!

— Всё закончилось хорошо, — чувствую руки Марии на плечах.

— А что голос такой грустный? — она отстраняется и внимательно смотрит на меня. — Что-то с Алекс?

— Что-то с Алекс…

— Не юли, что произошло?

И я выкладываю ей всё, что произошло в лесном домике, без утайки. Кому, как не сестре, с которой мы идём бок о бок уже столько лет я могу раскрыть сердце.

— Это не значит, что она ничего не чувствует к тебе! — крутит пальцем у виска Мария. — Скорее, её чувства лишь стали сильнее.

— Какие чувства? Чувства у неё к Тео Ан, это его амори Алекс скоро станет.

— Может, и не станет, — Мария пристально смотрит в глаза. — Борись! Если любишь, борись! Признайся ей в своих чувствах, просто поговори.

— Ага. Привет, Алекс, я влюбился в тебя с первого взгляда и считаю, что ты моя истинная. Прости, что отверг тебя в домике, сейчас готов признаться в своих чувствах, — даже не пытаюсь унять сарказм в голосе.

— Да хоть бы и так, только с другой интонацией, — тёмные глаза сестры прожигают насквозь. — Не думала, что ты такой слабак, Виктор Морено, и отступишь при первой трудности. Ах, она, видите ли, собиралась стать чужой амори. Да насрать! Вспомни, на что пошёл Кофи ради своей Ланы, а? Да он бы в голос смеялся над тобой сейчас.

— Я всё испортил, Мария.

— Ты ничего не испортил, ты проявил благородство. Вампирская кровь уже вывелась из организма Алекс. Иди и поговори с ней. Я её видела за ужином, на ней лица нет, и она всё спрашивала о тебе.

— Ты с ней ужинала?

— Зашла в столовую, думала ты там. А там — Алекс, сидит, глаза на мокром месте и не знает, что делать.

Мария сморит в глаза и добивает:

— Завтра прилетит её Тео с контрактом амори. И если ты не пошевелишься, то, кто знает, что там будет. Сдаётся мне, не очень-то ей уже хочется этой незавидной участи.

Пальцы сами собой начинают выстукивать дробь по столу.

Помедлив, Мария продолжает:

— Поговори с ней. Не будь глупым тысячелетним мальчишкой.

Я чувствую, как она наклоняется, целует в лоб и, мягко прикрыв дверь, выходит из кабинета.

Будто подтверждая её слова, звонит Тео Ан и сообщает, что прилетит завтра, забрать будущую амори. О происшествии в заповеднике он, судя по всему, не знает. Алекс ничего ему не рассказала.

Я сижу, барабаня пальцами по деревянному столу, и обдумываю слова Марии.