Шрифт:
– Спасибо, добрый молодец, да пожалею я твоё царство, а то после моего отдыха тут камня на камне не останется.
Попрощался тогда солдат с ураганом, шапку-невидимку надел и пошёл во дворец. А при его появлении деревья опять зазеленели, зацвели.
Пришёл солдат во дворец, заходит в главный зал, а там народу видимо-невидимо: приехали царевичи, королевичи руки королевны прекрасной просить. Сидят они, едят, пьют, а солдат ходит, то у одного кубок с питьём выбьет, то у другого тарелку перевернёт.
Царевичи и королевичи дивятся, а понять не могут ничего. Ну а королевна как увидела, сразу смекнула, что, наверное, муж её вернулся. А как в окно углядела, что деревья в саду цветут, так и поняла, что не ошиблась.
Тут встала она и во всеуслышанье говорит:
– Царевичи и королевичи! Все вы хороши собой да умны, но есть уже у меня супруг законный! Не чаяла я его в живых увидеть, да бог смилостивился.
Тут солдат шапку-невидимку снял и к жене своей подошёл.
Царевичи и королевичи видят – и правда супруг объявился. Делать нечего, пришлось им восвояси убираться, а солдат с прекрасной королевной стали жить-поживать по-прежнему.
Ведьма и Солнцева сестра [3]
В некотором царстве, далёком государстве жил-был царь с царицей, у них был сын Иван-царевич, с роду немой. Было ему лет двенадцать, и пошёл он раз в конюшню к любимому своему конюху. Конюх этот сказывал ему всегда сказки, и теперь Иван-царевич пришёл послушать от него сказочки, да не то услышал.
3
Русская народная сказка в обр. А.Н. Афанасьева.
– Иван-царевич! – сказал конюх. – У твоей матери скоро родится дочь, а тебе сестра; будет она страшная ведьма, съест и отца, и мать, и всех подначальных людей; так ступай, попроси у отца что ни есть наилучшего коня – будто покататься, и поезжай отсюда куда глаза глядят, коли хочешь от беды избавиться.
Иван-царевич прибежал к отцу и сроду впервой заговорил с ним; царь так этому возрадовался, что не стал и спрашивать, зачем ему добрый конь надобен. Тотчас приказал что ни есть наилучшего коня из своих табунов оседлать для царевича. Иван-царевич сел и поехал куда глаза глядят.
Долго-долго он ехал; наезжает на двух старых швей и просит, чтоб они взяли его с собой жить. Старухи сказали:
– Мы бы рады тебя взять, Иван-царевич, да нам уж немного жить. Вот доломаем сундук иголок да изошьём сундук ниток – тотчас и смерть придёт!
Иван-царевич заплакал и поехал дальше.
Долго-долго ехал; подъезжает к Вертодубу и просит:
– Прими меня к себе!
– Рад бы тебя принять, Иван-царевич, да мне жить остаётся немного. Вот как повыдерну все эти дубы с кореньями – тотчас и смерть моя!
Пуще прежнего заплакал царевич и поехал всё дальше да дальше. Подъезжает к Вертогору, стал его просить, а он в ответ:
Конец ознакомительного фрагмента.