Ромул огляделся. А он вспомнил этих двоих.

Глайдер замер, покачиваясь на подвеске.

— Ваш выход, сорр.

— Я тебе не «сорр».

Прихватив заветный контейнер с образцами, Ромул поспешил выйти в тамбур-лифт, на ходу герметизируя клапана куртки. За бортом был уже заметный минус.

Вокруг глайдера собрался кой-какой народ, всё-таки крупный перевалочный пункт, здесь всегда найдётся с дюжину бездельников, которым лишь бы поглазеть. Впрочем, давненько тут подобных штук не видели.

Улисс спустился с Ромулом как бы проводить.

— Ты думаешь, я не заметил?

— Что именно?

— Здесь Судья Энис, значит вы всё-таки дали ход твоей давней завиральной теории про «новое лицо», точнее, на него клюнули мозголомы с Эру, плюс этот, из журидикатуры, цепной волк Тетиса, как его, просекьютор Даффи со своим глобулом. Вы решили учредить в Галактике какой-то трибунал? На мелочи ты не размениваешься, правда?

Улисс больше не улыбался.

— Ты же знаешь, я единственный из всех остался в строю, приглядывать, и вообще. У нас проблемы, Ромул, большие, серьёзные проблемы.

— Воины не справляются? Или у тебя кончились эффекторы?

Улисс покачал головой, морщась на ледяном ветру.

— Я боюсь, что Воины, напротив, справляются излишне рьяно. У нас мятеж.

Ромул внезапно растерял всю показную браваду и убрал с лица это брезгливое выражение.

— Неужели всё-таки Финнеан? Так это же хорошо!

Улисс не желал разделять его восторгов, помрачнев ещё сильнее.

— Нет, не хорошо. Да, это единственное пока воспроизведённое событие Большого Цикла с тех пор как Хранители ослепли, но чем дольше я вглядываюсь в эту историю, тем больше вижу расхождений. Это другой мятеж. Хоть и с теми же участниками. И когда на горизонте возник Симах Нуари…

— А эта тварь тут каким боком?

— Таким, что твой любезный соорн-инфарх пообещал разрушить Цепь, если мы не приберём за собой в кратчайшие сроки.

Ромул с сожалением посмотрел на контейнер в своей руке. Кажется, и правда пан-биологию придётся отложить до лучших времён.

— Вот прямо мы? В смысле мы с тобой.

— Всё верно. Ты же знаешь, он отказывается считать Воинов акторами в истории человечества.

— И не без оснований. Пешки, несчастные пешки.

— Вот тут ты и не прав. Я вижу все признаки того, что единственная пешка тут — контр-адмирал Финнеан, и имён некоторых кукловодов мы ещё даже не знаем. Но Воины к осуществлению этого мятежа приложили самые непосредственные усилия. Как и дражайшие спасители. Квантум, Эру. Кто знает, какие ещё из Семи миров замешаны. Даже ирны!

Ромул вопросительно вскинул бровь. Любопытно.

— И всё-таки ты решил привлечь к расследованию журидикатуру?

— Тетис всегда ратовал за соблюдение равновесия. Вот пусть и постараются. Во всяком случае Даффи и его ребята поставят на уши всю Галактику, но не отступят.

— А на случай, если всё-таки отступят, то ты решил подключить к этому делу меня? Мне прямо сейчас начать разогревать искру?

— Не ёрничай. Это не шутки, не будь ситуация предельно серьёзной, я бы тебя не стал трогать. Ты же знаешь, я не могу принимать в этом деле непосредственного участия, мне по-прежнему в спину дышит…

— Кора.

Улисс с досады аж крякнул.

— Не называй это существо по имени. Не буди лихо.

— Постараюсь. Хоть я и не суеверен даже в подобной инкарнации. Так что там насчёт искры?

— Не стоит её разогревать. По крайней мере пока. Ты мне нужен там как человек. Чтобы Симах Нуари до последнего был уверен, что всё идёт по его плану. Не говоря уже об остальных, хм, игроках.

— Допустим, но что мы должны сделать?

— Ты же сам догадался — вы и есть трибунал. Судья, прокурор и адвокат.

— Это я что ли «адвокат»?

Улисс помолчал некоторое время, глядя Ромулу в глаза.

— Ты единственный всегда в них верил.

И пошёл обратно к тамбур-лифту, втянув голову в плечи. Ветер начал нести с собой крупные колючие снежинки.

— А что с фокусом?

Остановился. Обернулся.

— Ищут.

Ромул кивнул, будто бы удовлетворённый ответом.

— Сколько вы ещё будете разгружаться?

— Месяц, если весь каботажный в три смены занять.

— Я пробуду в лаборатории ровно 28 дней. Заберите меня последним глайдером. Не хочу бросать своих драгоценных архей на полдороге.

— Договорились. Ну, до встречи, Ромул.

— До встречи, Улисс.

Операторы молчали, завороженно глядя на то, как два ордера выстраиваются в полутике друг от друга. Четвёрка перворанговых ПЛК и весь остальной флот — широким диском, повернувшись к цели одним и тем же бортом.

К цели.

Это какое-то безумие.

Риоха как старший смены всё пытался найти какие-нибудь слова, что-нибудь сказать, но слова всё не приходили, вокорр молчал.

Вояки закрыли свои каналы сразу, как только из-за файервола показались крафты контр-адмирала Финнеана. С тех пор они перемещались исключительно молча, только по экстренности тех или иных манёвров или же полной недвижимости ордера можно было судить, о чём там сейчас между ними ведутся переговоры.