– Ну, я всего лишь предполагаю, мистер Кроул. На уровне заказчика, который знает, чего хочет.

Фуф! Будем надеяться, что соврала достоверно и правдоподобно.

– И все же я не возьмусь за подобное нарушение закона, миссис Саил. Нелицензионные артефакты грозят мне судом и лишением разрешения на работу, а моему дяде – обысками и лишением права на торговлю и лицензии на изготовление артефактов. Я не могу так с ним поступить. Мною и так интересуется следственный комитет. И проблемы мне ни к чему.

– А с чего это вами интересуется комитет?! – решила я уточнить, надеясь на откровенность и в этот раз.

– Вот с того и интересуется. Кто-то промышляет противозаконными артефактами. Вот и… – Стефан умолк, словно понял, что сказал лишнего, и оборвал разговор: – Если у вас не имеется других пожеланий, то оставьте свой адрес. И с получки я верну вам деньги.

– Да! Это будет лучшим вариантом, – не скрывая разочарования, ответила я. С другой стороны, хоть в одном я не ошиблась – Стефан не станет делать подпольные артефакты, даже если и правда ему не будет хватать и на кусок хлеба. – Хотя лучше к концу месяца я пришлю слугу в «Оберег». Ему и отдадите деньги. Вас это устроит?

Стефан поморщился, но все же кивнул. Явно в душе радуясь, что отдавать долг можно просто деньгами.

– И не влипайте больше в подобные переделки. Не все так добры, как я.

– Да, знаю, – тихо ответил он, подтверждая догадку о том, что платить по счетам подобным способом ему уже приходилось.

– Всего хорошего, мистер Кроул. И надеюсь, больше мы с вами не встретимся.

– Взаимно, миссис Саил.

– Одно все же хорошо, – принялся рассуждать Оливер, когда мы катили в наемном экипаже в сторону поместья Холтов. – Мы знаем, что мистер Кроул не имеет никакого отношения ко всем этим заговорам и покушениям.

– Как знать, хорошо это или плохо, – протянула я, расстегнув застежку колье.

Мы все еще понятия не имеем, кто автор тех поделок. И, как ни удивительно, у меня теперь нет ни малейшего предположения, кто бы это мог быть.

– Мисс Фейл, вы не расстраивайтесь, – участливо протянул Оливер. – Всем свойственно видеть в людях то, что хотелось бы, а не то, что есть на самом деле. Все ошибаются.

– Ты думаешь, мне от этого легче, Оливер? Я верила этому человеку, как родному брату. Думала, что на него я всегда могу положиться. А получается, что доверять нельзя совершенно никому в этом мире.

– Не судите всю отару по паршивой овце, мисс Фейл! Не все люди предают, но и не все остаются честны, когда дело касается их слабостей. Только Вечному известны наши пороки и тайные желания, – развел он руками, тем самым демонстрируя нашу слабость и глупость.

– Ты говоришь, как священник в храме Вечного, – усмехнулась я, на самом деле в душе испытывая огромную благодарность за такую своевременную поддержку. – Спасибо! За то, что не остался равнодушен.

– Надеюсь, когда-нибудь и вы меня поддержите. Например, когда мистер Холт отправит меня на дыбу из-за того, что я вас не остановил. Ну или на галеры…

– Прекрати говорить глупости. Он, скорее всего, спит и даже не заметил нашего отсутствия.

– Ну-ну! – поморщился Оливер, дав мне понять, что в корне не согласен с моим предположением.

Возница скомандовал лошадям стоять, и я почему-то жутко разволновалась.

– Ну, удачи нам! – упавшим голосом пожелал Оливер.

На что я раздраженно заметила:

– Таким тоном только в последний путь провожают. Веселее, Оливер.

Фуф! Вот бы и самой придерживаться своих же советов.

Дверь нам открыла Ребекка и, молча бросив на меня такой взгляд, словно я олицетворяю собой абсолютное зло, скрылась где-то на кухне.

Почему-то жутко захотелось проскользнуть тихонечко в свою комнату и, дождавшись утра, все рассказать Джереми. Ну или не рассказывать. Могут же быть у меня свои маленькие секреты. Или рассказать об обратном ритуале. В конце концов, тогда он будет занят разрывом связи, а после – воспитание меня просто лишится какого-либо смысла. Но совесть решила иначе.

– Оливер, ты можешь идти спать.

Все же виновата я, к чему еще и ему отвечать за чье-то безрассудство.

– Но мисс Фейл! – воскликнул он, похоже, желая разделить как лавры, так и пинки сего вечера.

– Прекрати препираться, – устало попросила я. – Ступай в свою комнату. Завтра и тебе достанется. А сегодня у нас был слишком насыщенный вечер, чтобы еще и отвечать за чужое своеволие.

Я вошла в гостиную и тут же наткнулась на взбешенного вице-канцлера. Злой, как демон из преисподней, он, похоже, готов был меня убить.