Жубер подняла взгляд к потолку:

— Дэвид, пожалуйста, не считайте меня полной идиоткой! Я отлично знаю, как действуют ваша пресса и ваши политики! Передача этих данных на Землю равносильна размещению их во всех сетевых новостях.

— Не понимаю, — сказал доктор Грейвс. — Чего же вы от нас хотите? Чтобы мы вот просто так сидели на этих находках? Или — чтобы провели дополнительные исследования?

— Больше нам все равно нечего предпринять, доктор, — рассудительно сказал Александер. — Оборудования для сложных исследований у нас нет… и я опасаюсь, что тела могут рассыпаться в пыль при любом прикосновении.

— Во-первых, мы должны получить научное подтверждение ваших гипотез… о том, что тела принадлежат людям и что люди эти были связаны со Строителями.

— Они — там, в том помещении, — сказал Кеттеринг, откинувшись на спинку кресла и скрестив руки на груди. — Все выглядит так, будто эти четверо пытались ногтями проложить себе путь сквозь дверь. Кому как, но лично у меня это рождает вполне определенные ассоциации.

— Вдобавок предположения о том, что тела не принадлежат людям, просто несерьезны, — заявила доктор Патриция Кольт, возглавлявшая на «Сидонии-1» отдел естественных наук (это весьма широкое описание подразумевало и исследование парабиологического химизма марсианской почвы, и каталогизацию ископаемых бактерий, и управление медицинской лабораторией базы).

— Почему же? — спросила Жубер. — Все, что нам известно в области ксенобиологии, показывает, что любые обнаруженные нами инопланетяне ни в чем не могут быть похожими на людей.

— Черт возьми! — воскликнул Александер. — Величайшей загадкой, ради которой мы явились сюда, был Лик! И вопрос: откуда на Марсе взялось изображение человеческого лица! Сам факт обнаружения в этом помещении человеческих тел подразумевает необычайные возможности! По меньшей мере, он позволяет утверждать, что люди присутствовали здесь во время постройки всего этого. А это было… когда, доктор Грейвс?

— Зависит от используемого метода датировки. Приблизительно — от четырехсот до пятисот тысяч лет назад.

— Съемки, проведенные доктором Александером и его коллегами, — добавила Кольт, — позволяют утверждать, что эти люди не во всем были подобны современному человеку. Черты лица, надбровные дуги, скошенные подбородки — все это я бы отнесла к древним Homo sapiensили даже к поздним Homo erectus.

— Иными словами — именно к людям, населявшим Землю полмиллиона лет назад, — вставил Александер. — Обнаружить их здесь… Мне это говорит о том, что инопланетяне имели к людям — или к тем, кто в будущем должен был стать людьми, — некий интерес. Посетив Землю в середине — либо ближе к концу — плейстоцена, они привезли сюда представителей наших предков… — Он рассмеялся. — Боже мой! У нас в руках — доказательства прямого взаимодействия доминировавших на Земле полмиллиона лет назад человеческих видов с Древними! Да что я — более чем взаимодействия! Погибшие одеты в нечто наподобие униформы и имеют при себе устройства, могущие оказаться средствами связи или даже портативными компьютерами. Более чем вероятно, что наши предки принимали непосредственное участие в строительстве всего, что нас окружает, и находка наша, безусловно, совсем по-новому освещает факт существования Лика. Необходимо как можно быстрее поставить в известность о ней наших коллег на Земле!

— И вот здесь вы очень и очень торопитесь с выводами. Разве вы не понимаете, что существует и множество других возможностей?

— Например? — поинтересовался доктор Грейвс.

— Тела вполне могут принадлежать вовсе не людям, но — инопланетянам.

— Вот это — вряд ли, доктор, — возразила Кольт. — Вероятность того, что два совершенно разных эволюционных древа приведут к возникновению почти идентичных видов…

— Позвольте мне закончить! Конечно, это могут быть и люди. Представители некоей древней, исчезнувшей цивилизации, вышедшей в космос в очень давние, доисторические времена…

Александер фыркнул.

— Высокотехнологическая, всемирных масштабов цивилизация, не оставившая после себя никаких следов?

— Из каменного века мы вышли когда? — возразила Жубер. — Шесть, семь тысяч лет назад? По сравнению с полумиллионом лет, это — мгновение ока.

— Может быть. Но в это, как вы выражаетесь, «мгновение ока» мы успели использовать почти все мировые запасы легкодоступных меди, олова, серебра, золота, хрома… то есть большую часть того, что необходимо для развития высокотехнологической цивилизации.

Не говоря уж о том, что вычерпали почти досуха нефтяные пласты, загадили, попутно выловив почти без остатка рыбу, Мировой океан, создали огромные свалки, нагрели атмосферу до того, что полярные шапки начали таять, и уничтожили целые леса. Следы подобной деятельности не исчезли бы и за полмиллиона лет.

— Все же это объяснение выглядит не хуже предлагаемого вами — будто мы в свое время были… были как-то подправлены пришельцами из космоса. Вы ведь это хотите сказать, так? — Жубер скроила гримасу. — Слишком уж смахивает на старую песню о древних астронавтах.