И, не договорив, Наташка вновь махнула рукой.

— А дверь-то у вас взломали? — продолжала расспросы Школьникова.

— Нет, — ответила Наташка. — Следователь говорит, что ключи были подобраны к замкам.

— Интересное дело, — заинтересовалась Катя. — Выходит, у вас замки никуда не годятся.

— У нас классные замки, — возразила Наташка. — Только следователь говорит, что грабителю высокого класса любой замок — не помеха.

— Выходит, у вас действовал по наводке грабитель высокого класса, — по привычке обобщила самое главное Таня.

— Слушай, а сейф-то взломали? — осведомилась Катя.

— Тоже нет, — сказала Наташка. — Они вычислили шифр.

— Или вычислили, или знали, — покачала головой Моя Длина. — Кто, кроме вас с матерью, знал шифр?

Наташка пожала плечами.

— Если только Ольга Степановна.

— Это еще кто такая? — решила выяснить Катя.

— Наша домработница. Мать наняла ее еще до моего рождения. Она у нас почти как член семьи. Вообще-то, думаю, мать ей шифра не говорила. Но Ольга Степановна могла случайно увидеть, когда при ней что-нибудь доставали из сейфа.

— Ольга Степановна на грабеж не пойдет, — уверенно заявила Моя Длина.

— А если она кому-нибудь из родственников проболталась? — предположила Катя.

— У нее нету никаких родственников, — отвечала Наташка.

— Тогда, значит, кто-нибудь из ваших ближайших друзей, — уже не сомневалась Моя Длина.

— Вот бы узнать кто! — хищно блеснули глаза у Наташки. — И утереть всем нос!

— Можем попробовать, — заявила Катя.

— Что попробовать? — не доходило до Наташки.

— Узнать, кто вас грабанул, — растолковала Школьникова. — Мы, знаешь, в таких делах кое-что смыслим. Вот когда мою квартиру грабанули, мы нашли кто.

— Вы с матерью? — удивилась Наташка.

— Мы с ребятами, — внесла ясность Моя Длина.

— Ты что, серьезно? — еще сильней изумилась Наташка.

— Шутки с тобой шучу, — процедила сквозь зубы Моя Длина. — Конечно, насильно мы никому не навязываемся, но если хочешь…

— Почему бы и нет, — оживилась Наташка. — Это будет даже забавно.

— Чего тут забавного? — внимательно поглядела на нее Таня.

— Сами не понимаете? — усмехнулась новая знакомая. — Милиция будет искать, а найдем мы.

— Может, тебе и забавно, а для нас такое уже давно — норма жизни, — похвасталась Моя Длина.

— Ну, ну, — недоверчиво покачала головой Наташка. Она явно сомневалась, что из затеи девчонок что-нибудь выйдет.

— Не хочешь — не надо, — почувствовала ее настроение Катя. — Машка права. Мы никому не навязываемся.

— Своих дел хватает, — тут же подхватила

Школьникова.

— И вообще, — очень тихо произнесла Таня. — Даже если ты нас и попросишь, мы пока обещать ничего не можем. Нам еще надо с ребятами посоветоваться.

— С какими еще ребятами? — спросила Наташка.

— Из нашей компании, — объяснила Школьникова. — Мы всегда вместе. И учимся в одном классе.

— Везет же некоторым, — с завистью проговорила Наташка. — А у меня в классе одни уроды.

— В каком смысле? — заинтересовалась Катя.

— В моральном, а отчасти и в физическом, — не хотела особо распространяться на эту тему Наташка. — В общем, девчонки, вы посоветуйтесь, а потом мне позвоните.

— Ладно, — пообещала Катя.

— Слушай-ка, Наташка, — вдруг указала на опустевшее блюдо Моя Длина. — Ты их штук десять слопала. Никак не меньше. Тебе плохо теперь не станет?

Даже в полумраке бара было заметно, как позеленело лицо у Наташки.

— Ты что, Мария, серьезно? — уставилась она на Школьникову.

— Я вообще девушка серьезная, — откликнулась Моя Длина.

— Неужели я все это съела? — продолжала сокрушаться Наташка.

— Ну! — в один голос подтвердили Катя и Таня. — Тебе-то чего расстраиваться. Вон какая худая.

— И Глебу теперь на тебя меньше сил тратить придется, — подхватила Моя Длина. — Откорректируешься естественным путем.

— Я вообще не хочу корректироваться, — поделилась Наташка. — Меня мать заставила. Ей, видимо, кажется, что она на моем фоне выглядит слишком толстой.

В бар вошел Глеб Константинович.

— Если вы уже поели, то милости прошу на процедуры, — обратился он ко всей компании.

— А мать где? — осведомилась Наталья.

— Я погрузил Ингу Семеновну в лечебно-оздоровительный сон, — с важностью изрек господин Трупов. — Через два часа она пробудится абсолютно спокойной.

— Абсолютно спокойной она никогда не бывает, — сказала Наташка. — Характер не тот.

— Наташенька! — всплеснул короткими пухлыми ручками вальяжный господин Трупов. — Разве можно так неуважительно отзываться о матери!