— Что за… — Он заглянул под салфетку и обнаружил Чарли. — Чтоб мне провалиться! Парень, что ты здесь делаешь?

Официант оказался довольно молодым человеком с прыщеватым лицом.

— Меня наказали, оставили на выходные, а мне скучно, — заявил Чарли в надежде, что молодой человек поймет и посочувствует ему.

Тот рассмеялся:

— Еще бы не скучать! А теперь ты не слезешь ли с тележки? Моя спина и так сегодня перетрудилась.

— Пожалуйста, высадите меня чуть подальше. Сразу за буфетами, — попросил Чарли.

— Смеешься? Я работаю с шести утра.

— Тогда хотя бы за зеленым буфетом, — взмолился Чарли. — Я не хочу, чтобы меня поймала миссис Уидон.

— Понимаю. Ладно, держись крепче.

Когда они проезжали мимо миссис Уидон, Чарли даже стиснул зубы. Он видел только нижнюю половину ее широкого тела в клубах пара около огромной раковины. Потом они оказались в другой части кухни, позади театральной столовой. Официант через столовую вывез Чарли в коридор.

— Теперь сматывайся, а то не только тебе, но и мне влетит, — распорядился официант.

Чарли выкатился из тележки и рассыпался в благодарностях.

— У меня еще друг… — начал он, но официант уже исчез.

Надеясь, что Билли тоже попадет в добрые руки, Чарли взлетел по лестнице, прокрался по темному коридору и благополучно добрался до спальни.

Он ждал и ждал, а Билли все не появлялся. Часы на соборе пробили десять. Со двора доносились голоса разъезжающихся гостей. Что могло случиться с Билли? Томясь неизвестностью, Чарли обгрыз почти все ногти. Если Билли попался, не рассказал бы он, что с ним был и Чарли.

Когда часы пробили одиннадцать, Чарли сделал из своей одежды куклу и запихнул ее под одеяло на кровати Билли. Очень вовремя, потому что через несколько минут в дверь заглянула надзирательница. Чарли зажмурился и замер. Она удалилась.

Спать Чарли не мог. Он подошел к окну и выглянул во двор. В западном крыле не светилось ни одно окошко. Все здание погрузилось во тьму. Чарли уже решил отправиться на поиски Билли, когда на пороге возникла маленькая фигурка.

— Билли! Где ты был?

— Меня заперли в кладовой, — устало признался Билли.

— Как это?

— Да официант затолкал свой столик в чулан, или что это там было, и запер дверь.

В непроглядной темноте Билли шел по спальне, и вдруг его лицо озарилось снизу каким-то мигающим светом. Чарли разглядел в его руке маленькую тонкую свечку вроде тех, что втыкают в праздничный торт. Свечка, похоже, загорелась сама.

— Как же ты выбрался?

Дойдя до своей кровати, Билли задул свечу и забрался под одеяло, выкинув из-под него сделанную Чарли куклу.

— Хороший трюк, — зевнув, ответил Билли.

— Билли, я не засну. Ну, пожалуйста, расскажи, как ты выбрался из кладовой. И почему свеча загорается сама?

Билли опять зевнул.

— Ну, я нашел там клочок бумаги, подождал, пока станет совсем тихо, потом подсунул его под дверь. Потом впихнул в скважину карандаш и вытолкнул ключ. Он упал прямо на бумагу, и я вытащил его на свою сторону. Было очень темно и очень-очень страшно. А я всегда ношу эти свечи с собой. Мне их дал мистер Карквилл перед смертью. До сегодняшнего вечера я не знал, как ими пользоваться. Но вот взял одну и… — И Билли со стоном зевнул.

— И? — нажал Чарли.

— Я пытался найти спички, но там было так темно и так страшно, и…

— И? — забыв, что его может услышать надзирательница, вскричал Чарли.

— И я заплакал и сказал: «Ох, как я хочу, чтобы было видно». И тут свечка сама зажглась, — нехотя признался Билли.

— Ну-у! Вот здорово! У тебя эти свечи уже тыщу лет, а ты и не знал, как они действуют! Бедный мистер Кристофер Карквилл! — Чарли, наконец, откинулся на спину.

— У меня теперь пять свечей, потому что твой дядя дал мне еще одну из тех, что послал ему мистер Карквилл. Я их берегу, не хочется быстро все истратить.

Билли засопел и повернулся на другой бок.

Чарли тоже почувствовал усталость, но, прежде чем уснуть, все-таки поинтересовался у Билли, пойдет ли тот завтра к нему в гости.

— Нет, спасибо, — отказался Билли. — Думаю, останусь здесь. Я никогда не видел Большого бала.

Чарли тоже не видел Большого бала, но ничто не заставило бы его провести лишнюю ночь в академии Блура.

На следующее утро завтрак мальчиков прервал высокий мужчина с лысой головой и рыжими усами.

— Ага, и здесь нет, — просунув голову в дверь, сказал он.