Она положила книгу в сундук и решительно захлопнула крышку.

– Дождемся затмения, и камни дадут мне магическую силу. Пуп, усилить охрану! У меня предчувствие, что мутантики захотят вернуть кристаллы. Эти умники лобастики наверняка разнюхают обо всем сегодня ночью.

– Но как они это сделают? – поразился начальник телохранителей.

– Очень просто. Заглянут в твою голову или Требухи.

– А в вашу, королева?

– В мою вряд ли. Я, наверно, не смогу уснуть этой ночью…

И, удостоверившись, что стража у волшебных камней удвоена, Карла вернулась на крышу, чтобы выяснить, нет ли каких-нибудь важных изменений на театре военных действий.

Оказалось, что за то время, что она отсутствовала, произошло несколько неприятных накладок. Следя за сигнальными дымами (а по правде говоря, Пуп просто забыл о зажженных дымовых шашках), Бешеный Блюм утопил кавалерию в болотце Бормоглотика, и теперь спасшиеся карлики толпились на берегу, стараясь с помощью канатов вытащить из топи провалившиеся колесницы.

У Толстого Грыза дела тоже обстояли неважно. Его пехота с собаками погналась за синерогими оленями, рассеялась по чаще и занялась грабежом в оставленных шерстюшами домах. Вопли Грыза и его угрозы не действовали: карлики не прекращали мародерствовать. А тут еще уровень воды стремительно поднялся – последствия наводнения оказались сильнее, чем ожидала Карла, – и со всех сторон на Грызову пехоту хлынула вода.

Карлики с криками побросали добычу и во главе со своим командиром Толстым Грызом забрались на деревья.

Увидев это, королева едва не разбила бинокль, но, сдержавшись, решила посмотреть, что происходит у Собачьего Хвоста.

Потеряв треть плотов, Хвосту удалось проплыть через чащу и причалить к поселку. Здесь его речной десант высадился и окружил центральную площадь, где в одном из трехэтажных домов заперлись лобастики и шерстюши, спасавшиеся от наводнения.

Осажденные успешно отбивали атаки карликов, сбрасывая мебель и поливая их водой, но рано или поздно метательные снаряды должны были закончиться, и тогда мутантикам придется туго.

– Кто бы мог подумать, что из всех моих идиотов Собачий Хвост окажется самым толковым? – поразилась Карла, наблюдая в бинокль, как молодой вождь отважно лезет по штурмовой лестнице с булавой в руке.

Он добрался до окна, когда лестница, подпиленная шерстюшами, упала, и Хвост рухнул на квадратные головы своих воинов. Но это его не остановило. Молодой вождь тотчас вскочил и ринулся на приступ, пока его не охладил поток воды из ведра.

Крыланы проводили друзей до границы Странного леса. Болото они пересекать не стали, спеша вернуться к мосту до наступления темноты.

– Мир так огромен, а мы знаем лишь маленький его кусочек! – удивленно воскликнула Оса.

– Тем лучше для нас, – сказал Отелло. – Чем меньше мы знаем сейчас, тем больше узнаем потом. Разумеется, если вообще есть смысл познавать. В большом знании – большие соблазны.

Перед мостиком через топь Оса попрощалась с Трюшей.

– Я надеюсь, мы еще встретимся, – сказала она, и девушка увидела, что глаза у крыланки полны слез.

– Обязательно встретимся! Мне будет одиноко без тебя, – сказала Трюша.

– Если хочешь, переселяйся к нам в Странный лес, а то никто не поверит, что мы видели крылатых мутантиков, – задорно предложил Пупырь.

– Я бы с удовольствием, но не могу. Каждый должен жить со своим народом. Только там его настоящее место. – И Оса поочередно обняла Трюшу, Пупыря, Бормоглотика и лобастиков: Хорошиста и Отелло.

Все провожавшие поднялись на крыльях в небо, сделали прощальный круг над лесом, уронили с высоты несколько слезинок, которые, попади они сверху кому-нибудь на щеку, легко можно было спутать с каплями дождя, и улетели.

А наши друзья шагнули на первое бревно шаткого мостика через трясину.

– А-ай! И почему у нас в лесу так много болот? – спросила Трюша после того, как Бормоглотик буквально в последнюю секунду подхватил ее, когда она чуть не провалилась в топь.

– У всего есть свои положитки и отрицатки,  – заметил Хорошист.