– Продолжай свои поиски, сержант.

– Конечно, за такие-то деньги, – нахально улыбнулся тот. В гражданской одежде он совсем не походил на бравого сержанта, которого Рейн когда-то встретил в таверне. Для человека, столько повидавшего, он был слишком жизнерадостным. Капитан спросил почему.

– Рассчитываю остаток дней прожить в мире и покое.

– И это даст тебе собственный дом?

– Нет – женщина.

– Подругу на одну-две ночи ты можешь найти за несколько пенни.

В последние десять лет Рейн получал от женщин лишь пару часов оплаченных услуг и успел забыть ощущение поцелуя, исполненного настоящей, чистой страсти.

– Нет, нет. Господи, для такого благородного человека вы иногда слишком равнодушны. Вам кто-нибудь говорил об этом? Мэйбл хочет меня, со всеми моими недостатками, и не задумывается о том, кто из нас выше, она или я. Мы равны.

Наблюдая за сержантом, Рейн испытывал удовольствие, что тот в своем возрасте нашел человека, с которым в покое и согласии проведет отпущенные ему дни. Много лет назад он тоже нашел себе пару, дочь простого островитянина, но счастье оказалось недолгим, и теперь он жалел, что не предупредил свою невинную молодую жену, насколько жесток мир за пределами Убежища. Вина за ее смерть лежит не только на нем, но и на обществе с его строгими требованиями и зависимости от мнения света. Хотя всем известно, что разврат царит за дверями самых респектабельных домов, где любой мог удовлетворить свои примитивные фантазии, естественные и неестественные, и губить бессмертную душу ради плотских удовольствий. Только никто не решался говорить об этом вслух. Лицемерие приводило Рейна в ярость, заставляло тосковать по свободе Убежища или Мадагаскара. Но даже там он чувствует себя одиноким. Чего он хочет на самом деле? Общения? Нет, подругу и детей, которых он будет любить.

– Я рад за тебя, – наконец произнес он, заметив, что Расти удивленно смотрит на него.

Сержант взял несколько сигар из резной шкатулки, рассовал их по карманам и спросил:

– Хочешь поговорить об этом?

– В другой раз.

– Ты хорошо слушаешь, но мало рассказываешь, да? Рейн отвел взгляд.

– Наверное. – Он написал что-то на листке и протянул его сержанту. – Если не сможешь найти меня здесь, поищи там.

Не взглянув на адрес, Расти сунул листок в карман.

– У тебя неприятности, Рейн? Если тебе не дают покоя эти полицейские…

– Нет, их уняли. Хотя мне не верится, что я считаюсь у них главным подозреваемым.

Расти задумчиво пососал сигару, а затем бросил на Рейна загадочный взгляд.

– Я не очень подходящий человек, чтобы обсуждать со мной женщин. К тому же леди Бакленд особа благородная и все такое. Но она зналась… с определенными людьми.

– Из-за этого у меня и все неприятности.

– Смешно. Ведь если присмотреться, то подозреваемых будет столько, что хватит на весь двор короля Георга. Ты понимаешь, о чем я.

Кэтрин любила общество людей, имеющих власть, тех, кому доверены государственные секреты. Вроде его отца.

– Некоторые вещи я тоже предпочел бы не знать. Джермен, Норт, Рэтгуд, Киплер, – сказал Расти, направляясь к выходу. – Выбирай. Список длинный.

«Что эти люди могли рассказать, лежа в ее объятиях?» – подумал Рейн. Вполне достаточно, чтобы перерезать ей горло, а обвинить его.

Микаэла неуверенно посмотрела на лорда Уитфилда, а затем перевела взгляд на дядю, который был явно недоволен приглашением.

– Вы можете обойтись без нее, – сказал Адам. – Она вам не служанка. К тому же этот дом принадлежит ей.

– Я ее опекун.

– Извините, она уже достаточно взрослая, чтобы позаботиться о себе. – Адам взглянул на Микаэлу: – Я не хотел вас обидеть.

– Я не обиделась, ваша светлость.

– А если какие-то дела требуют ее присутствия, то вы можете заняться ими сейчас. – Лорд начал снимать перчатку.

– Нет, пока не требуют, но…

«Конечно, – подумала Микаэла, – счета еще не пришли».

Кассандра, благоразумно молчавшая уже несколько минут, улучила момент и подошла к генералу.

– Честно говоря, сэр Дентон, мои братья считают, что мне требуется нянька. – Она недовольно взглянула на Адама. – Я бы предпочла обойтись без нее, и поскольку Микаэла у вас что-то вроде строгой матроны… – (та давилась смехом, пытаясь скрыть его притворным кашлем), – ее общество будет для меня достаточно приятным.

Кассандра взяла генерала под руку с видом, который означал: «Я такая милая, беззащитная, вы не можете отказать мне».

– Я рассчитываю, что в мое отсутствие Микаэла сумеет повлиять… на безрассудную натуру Кассандры, – сказал Адам.

– Пожалуйста, сэр Дентон, – взмолилась Кассандра.

– Всего на два дня.

– Микаэла нужна не меньше, чем на четыре. – Адам ласково посмотрел на девушку. – Но мы будем рады, если она погостит у нас подольше.