И надо же было на эту роль попасться Ярославе!

Он, по сути, сломал ей жизнь. Сломал легко и по одной простой и все же нескладывающейся в голове причине - ему было скучно! Ему понравилось экспериментировать с Ярославой!

Как она попала ему на глаза? Какой нечистый вынес ее на него?!

Почему она не попала под машину?!

Все планы, надежды, мечты, размеренная понятная жизнь и какие-то маячки цели в будущем - все было сметено легко и виртуозно по прихоти избалованного дегенерата! Теперь вместо диплома ее ждет свидетельство о рождении ребенка, вместо замужества - содержание и роль обычной шлюхи, и будущее матери - одиночки.

Нет, ни за что она не родит от него!

Прочь даже мысли о ребенке - она не желает его, она знать ничего об этом не хочет.

Она вышла из ванной, уверенная, что Алекса в ее спальне не будет, но он уже ждал - лежал на постели и улыбался. Эти улыбки раздражали ее сильней всего. Он был доволен! Он почти благоухал, не скрывая своей радости! А сколько гордости было в его взгляде!

Зазвонил телефон и Леший сел, взял трубку, а Ярослава юркнула под одеяло, прислушиваясь к разговору. Речь шла явно с Барбарой и явно на польском. Беседа была непринужденной и веселой. Девушка внимательно посмотрела на мужчину, когда он убрал трубку на тумбочку и лег, подтянул Ярославу к себе:

–  Невеста?

–  Барбара, - навис над ней, полез к груди, накрыв ее ладонью.

–  Она увеличится?
– спросил с улыбкой.

Девушка дернулась:

–  Ты только что с невестой разговаривал!

–  И что?
– рассмеялся. У Лешего было прекрасное настроение и ничто не могло его испортить. Он представил, как вытянется лицо его матери, когда она узнает о ребенке, представил, как округлит глаза шокированная Барбара и вздохнет, принимая как данность его ребенка.

Сына. Да, скорее всего сына. В династии Лешинских девочки редкость.

Нет, он решительно рад такому случаю и ребенок родится. Он хочет его.

–  Ты с невестой говорил, а у тебя в постели другая женщина, - в упор смотрела на него Ярослава, чувствуя как ширится раздражение, но не только от легкомыслия и довольства Алекса, его аморальных поступков и своего жуткого положения, но и от жара, что шло от его ладони, возбуждающего вопреки желанию девушки стать холодной, как лед.

–  Барбара нам не помешает, - заверил мужчина со смешком и накрыл губы девушки поцелуем. И черт его дери, был нежен настолько, что Ярослава невольно закричала, как только он вошел в нее. Тело вновь предало ее, отозвавшись на ласки Лешего.

Утро же началось с кошмара - Ярослава спросонья ринулась в ванную, освобождать желудок. Это не предвещало ничего хорошего, и если дело пойдет так дальше, то ближайшие девять месяцев она проведет у раковины, что ее не устраивало.

За завтраком она была хмурая, и настораживала Алекса своим серо-зеленым цветом лица.

Сидела истуканом и пялилась на омлет с ветчиной, бутерброды с икрой, жюльен, нарезку, фрукты и глубоко дышала, сдерживая позывы к рвоте. Есть хотелось до безумия, но то что стояло на столе отбивало аппетит.

Алекс намазал тост джемом, искоса поглядывая на девушку, подозревая, что та не собирается завтракать.

–  Ребенку нужно питаться, - напомнил.

Ярослава зажала рот и ринулась прочь из столовой. Леший так и остался сидеть с тостом в руке, занесенным на пол пути ко рту, соображая, что к чему. Положил хлеб и пошел за девушкой. Та белая как фаянс раковины полоскалась под струей воды. Заметила его и уставилась в зеркало:

–  Что?! Нравится?! Ты этого хотел?!

–  У тебя токсикоз.

–  Спасибо, что сказал!
– чуть не заплакала от его спокойствия.

–  Успокойся, - улыбнулся примиряющее.

Глаза блестели от удовольствия: он упивался натуральностью эмоций и состояния девушки, осознавал, что целых девять месяцев будет наблюдать перемены в ней. Что мало он зародил жизнь в ее теле, он будет свидетелем ее роста и рождения. Он будет в эпицентре уникальных событий в одном человеке, который уже носит другого человека, но видно еще бунтует и противится. И он, Леший, будет держать руку на пульсе, не только видеть результаты своих усилий, но и руководить процессом.

Алекс по-настоящему чувствовал себя Богом.

Обнял Ярославу и ласково поцеловал в висок:

–  Кушать все равно надо, - заявил, глядя на нее в зеркало.
– Может быть ты хочешь, что -нибудь особенное?

–  Яд!

–  Исключено.

–  Тогда гинеколог!

Леший засмеялся, повернув ее к себе, обнял за голову: какая дурочка! Все мысли на лице и в глазах!

–  Исключено. Ты не планировала ребенка? Я тоже, но он будет, он уже есть. В тебе.

–  Зачем тебе ребенок? Ты подумай что будет, когда узнает невеста!