Ужима

Ах, боже мой! все испорчено: я думала, что мы просто на лужку.

Вспышкин

Мне гораздо приятнее есть сидя за столом на стуле, нежели по-турецки на полу и сложа калачиком ноги.

Ужима

По крайней мере, нельзя ли стол поставить возле какого-нибудь дерева, у чистого источника.

Вспышкин

Пустое, пустое, мы и здесь поедим. — Ставь скорее.

Ванька ставит.

Даша (тихо Ваньке).

Сборы велики, каков-то вкусен будет завтрак!

Ванька

Уж не говори, Дашенька, сердце у меня так ходенем и ходит!

Вспышкин

Ну, да пирог! — Прелестушка, мой свет! Ты у меня всегда была послушная дочь, так, верно, не откажешь ты за этот прекрасный пирог заплатить такою монетою, какую я у тебя потребую.

Прелеста

Батюшка!

Милон

Что я слышу!

Ужима

Как чувствительна! Она вся в меня. — Прелестушка, друг мой, с тобою ли Флориан?

Вспышкин

Ну, да еще об этом после пирога; а теперь я голоден, как собака. Ведь вы приехали сюда в карете, а я на старости протрясся пешком, зато и пирог мне покажется вкуснее вчетверо, чем вам. Ну, ну, садитесь же! Ну пирог! Да кто его делал?

Ванька

Фрипоно, сударь, француз!

Вспышкин

Знаю, знаю! О, да пирогом шутить нечего! Ножик — скорей, скорей… Как хорошо иметь услужливого приятеля! Зато и мы, Прелестушка, докажем, что мы умеем чувствовать и награждать услуги.

Ужима

Ах! уметь чувствовать — редкий дар чувствительных сердец.

Вспышкин

Полно, Милон, грустить. — Не порть нашего пирога, ты нам будешь всегда приятелем. Человек ты честный и хороший, но согласишься, что дочери моей ты не пара. У тебя ничего нет. Однако ж молчи. Мы дело поправим. У меня есть на примете племянница, девушка хорошая, душ двести приданого. Я даю слово тебя на ней женить.

Милон

Ах! кто может заменить мне Прелесту?

Вспышкин

Ну, ну, неужели ты думаешь, что все девушки выходят замуж, а мужчины женятся по своему выбору! Пустое, мой друг! На двести пар трех таких не выберешь. Ведь ты знаешь пословицу, любовью сыт не будешь… Да оставь это, и разъедим весело наш пирог… Ну, наточил же я ножик! Как бритва!..

Ужима

Какое каменное сердце! — Ах, это оттого, что он не читал ни эклог, ни идиллий!

Вспышкин (взрезывая пирог).

Иван! пирог верно с куропатками?

Ванька

Думаю, сударь! — (Тихо Даше.) Даша, у тебя вкус тонее, — с чем он был?

Даша (тихо Ваньке)

И! мы их за простых кур съели!

Вспышкин (снимая корку).

Что за дьявольщина! Я думаю, я ослеп! (Роет в пироге.) Кой чорт! Жена, погляди-тка ты!

Ужима

Ах, какое варварство! Жена! все жена! Да куда, сударь?

Вспышкин

Вот прекрасно! Да в пирог-то, дурища!

Ужима (заглядывает в пирог).

Ах! да в нем пусто, как в Трофониевой пещере. Прелестушка! Посмотри-тка, жизнь моя!

Прелеста (заглядывает в пирог).

Этот завтрак не испортит обеда!

Вспышкин

Нет, чорт меня возьми, если это шутка, так она самая глупая! Милон, погляди-тка сюда!

Милон

Фатюев мастер угощать.

Вспышкин

Ванька…

Ванька

Ну, пропал я! Чего изволите, сударь?

Вспышкин

Что это значит?

Ванька

А что, сударь?

Вспышкин

Да погляди-тка в пирог.

Даша

Ах, да он пустешенек!

Ванька

Смотри, какая диковинка!

Вспышкин

Да с ума, что ль, сошел твой барин? Выманил нас за город с тем, чтоб морить с голоду! Мы для этого проклятого пирога дома не завтракали.