— За это не грех выпить! — Хорст приподнял кружку. На сердце чуть отлегло. Куда спокойнее, когда знаешь, что в долгой дороге рядом с тобой будет надежный, пусть и слегка тронутый товарищ!

— Верно! — согласился шут. — А поэтому закажем еще пива!

Хорст заскрежетал зубами. Он уже знал, что в устах Авти «еще» относительно выпивки значит «очень много»!

Ворота вздрогнули, и громадные створки с надсадным скрипом поползли в стороны. Открывавшие их стражники глядели на шута с «учеником» удивленно.

— И куда в такую рань поперлись? — буркнул один из них, покрутив пальцем у виска.

— Кто рано встает, тому Владыка-Порядок в лоб не дает! — жизнерадостно проворковал Авти. Впечатление от его бодрых слов несколько портили красные глаза и запах перегара. Вчерашняя попойка, хоть и не помешала встать рано, оставила следы на лицах путешественников.

Над Тарком клубился туман. Нависший над рекой узкий мост, казалось, вел в колышущееся белое ничто, далеко снизу доносилось приглушенное клокотание бегущей к морю воды.

При виде тумана в душе Хорста зашевелились нехорошие воспоминания, но он решительно отогнал их и шагнул на мост. Подошвы сапог стучали по камню, затем стук стал деревянным — середина моста была съемной. Явись с противоположной стороны реки враг, ее легко будет сжечь или сбросить в пропасть.

— Смотри, какую штуку я вчера добыл, — сказал Авти, когда река осталась позади, и вытащил из мешка обычную деревянную кружку.

— Ты ее украл? — Хорст поглядел на приятеля с укоризной. — И зачем? Какая в ней ценность?

— Никакой, — шут размахнулся и швырнул кружку в пропасть, посудина бесшумно канула в туман, — но я взял ее не ради наживы.

— А для чего?

— Чтобы исполнить свое предназначение — мучить себя и окружающих. Теперь хозяину «Отвислого брюха» будет плохо из-за того, что он лишился кружки, а мне — из-за терзаний совести.

— У тебя есть совесть? — Хорст слышал подобные бредни не первый раз и поэтому не обратил на них особого внимания. — Никогда бы не подумал!

Дальше брели, так же вяло перешучиваясь. Дорога вилась между скал, потихоньку уклоняясь к северу, и выглядела удивительно пустынной. Солнце успело подняться над горами и даже начало припекать, когда приятелям повстречался первый путник.

Телега, смотрящаяся так, будто ее ладили однорукие плотники, катила со скоростью пьяной улитки. Возница клевал носом, едва не падая с облучка, за спиной его громоздились какие-то бочки.

— На торг собрался, что ли? — предположил Авти, алчно поглядывая на груз.

— Не вздумай! — предвосхитил его намерения Хорст. При звуках голосов возница встрепенулся, открыл оказавшиеся красными глаза. Они были точно такими же, как у холиастов, вот только ростом хозяин кособокой телеги превосходил горцев на голову.

— Это вы чой-то? — оскалился он, обнажив в зевке гнилые зубы. — Куды идете?

— Туды, — в тон ему отозвался Авти. — Откуды ты приехал.

— А лучше бы вам туды не ходить, — полукровка почесал грудь, — что-то у нас в последнее время к людям плохо относятся… Правитель совсем с глузду съехал, борется за эту, как ее, чистоту крови от всяких мерзких людишек!

Выдав эту фразу, возница, судя по всему, истощился умственно и вновь погрузился в дремоту, а его телега, скрипя и подпрыгивая на ухабах, укатила за поворот.

Авти и Хорст переглянулись, пожали плечами и зашагали дальше.

Топот копыт прикатился с севера, а вслед за ним явились всадники. В одинаковых шлемах, похожих на луковицы, они мчались, низко пригнувшись к конским шеям.

— Ох, что-то не нравится мне это, — пробурчал Авти, когда всадники, вместо того чтобы миновать шагающих по обочине путников, направились прямо к ним.

— Кто такие? — осведомился старший разъезда тонким клокочущим голосом. Из-под надвинутого на самые брови шлема злобно блестели алые глаза.

— Странники, — ответил шут со всем возможным для себя смирением, — идем в славный город Неорид, дабы поклониться могиле Порядочного Марди…

— Лазутчики, значит, — с непонятной злобой пробормотал холиаст. В его речи не звучало и следа свойственного горцам акцента, она ничем не отличалась от говора обитателей того же Хисти. — А лазутчиков положено учить! За дело, ребята!

— Мы не лазутчики! — выкрикнул Авти, но воины уже слезали с коней.

У Хорста мелькнула мысль вытащить амулет, наверняка тут должны знать, что связываться с «подручным» мага себе дороже, но он тут же устыдился собственного порыва — спасаться с помощью рабской цепи? Ни за что!