Гнутый собирается взять с собой кота. Уже припас для него поводок и ошейник. Зверюга, видимо, чувствует общее настроение: сидит в клетке, ничего не жрет, разглядывает нас зелеными кошачьими глазами, будто ждет какого-то подвоха. Занятный зверь.

Культурная программа на эту поездку у нас одна: как следует выпить. Повод — обмывание моего нового прозвища и боевого крещения. Потому основные расходы ложатся на меня.

Вместе с нами в город едут еще три человека из нашей роты: немец Курт, белорус Пекарь и венгр Хорти. Они дрались вместе со Зверем, вместе отступали, прикрывая друг друга, потроша открывшееся яйцо разрывными пулями и сдерживая двух киберов. Но они выполняли приказ, уходя с поля боя, поэтому их лишь несколько раз вызывали на дознание. Что со Зверем, они тоже не знают.

Что со Зверем?

Эта мысль гложет нас всех…

Дизельные грузовики повышенной проходимости, сердито рыча, взбирались на склон сопки по дороге, выстланной бетонными плитами. Позади осталась крепость Форпоста, охраняемый шлюз КПП, три линии ограждения. Впереди горбатился сопками горизонт, плыли по небу навалы чистых облаков и жизнерадостно блестело солнце.

Впрочем, ничего этого бойцы, находящиеся в кузове-кунге, не видели. Они сидели на жестких откидывающихся скамьях среди глухих стен и хватались за все, что подворачивалось под руку, когда грузовик начинал трястись и прыгать на разошедшихся стыках бетонных плит.

Когда вездеходы выползли на вершину сопки, впереди в жарком пыльном мареве показался город. Он расположился в небольшой долине, где петляла широкая, но мелководная река, иссеченная мостами, испещренная крапинами голых островов. Казалось, город стек в эту низину по пологому склону горы, оставив на нем редкие россыпи строений — как ползущий и таящий ледник оставляет за собой груды валунов.

Грузовики рявкнули сигналами, давая понять слепым пассажирам, что конец путешествия близок.

Через минуту военная дорога закончилась, и под колесами ускорившихся вездеходов зашуршал раскаленный липкий асфальт.

Их высадили на окраине — грузовики в город не заходили. Десять помятых человек в отутюженной форме один за одним спрыгнули на землю — словно десантировались из кузова. Потянулись, огляделись, щурясь.

Они стояли на перекрестке, буквально в трех шагах от остановки городского транспорта. Высокие столбы, увенчанные фонарями, держали на стальных растяжках ажурное плетение проводов. В листве подстриженных едва ли не наголо тополей чернели разваливающиеся корзины вороньих гнезд. На противоположной стороне улицы тянулся вдоль дороги кирпичный забор, разрисованный яркими граффити. За ним, словно жестяное поле, распростерлись плоские, блещущие металлом крыши. Торчали трубы, обвешанные антеннами и оттого похожие на деревья. Высилось не вписывающееся в общий ландшафт здание из стали и зеленого стекла.

— Ну что? — приоткрыв дверь, высунулся из кабины грузовика улыбающийся водитель. — Все сошли? Следующая остановка — армейские склады.

— Все, — откликнулся Гнутый, сутулящийся больше чем обычно. — Спасибо. Удачи вам.

— Отдохните как следует, ребята! — Водитель скрылся в кабине. — Удачи!

Всхрапнул проснувшийся двигатель — из выхлопной трубы вырвался клуб сизого дыма. Грузовики тронулись с места, свернули на Окружную дорогу, на несколько секунд остановились перед светофором. А потом исчезли из вида за вереницей длинных строений — только рев мощных дизелей был еще слышен.

— Ладно, ребята, — сказал Гнутый. — Времени зря терять не будем, оно наше, так что предлагаю без промедления отправиться на поиски приключений.

Сержант Хэллер хотел напомнить, кто тут старший, но, поразмыслив, все же решил, что сейчас для этого не лучшее время.

Заблудиться в городе было непросто: прямые улицы вели либо в центр, либо от него. Всюду висели указатели на общепринятом английском. Остановки в транспорте объявляли на двух языках. В этот субботний день город был запружен людьми, и они с радостью могли подсказать дорогу: языкового барьера в цивилизованном мире больше не существовало.

— Вы не подскажете… — обратился Павел к проходящей мимо женщине восточного вида. Обратился по-русски, а она откликнулась на английском:

— Да?

— Здесь есть какое-нибудь место, где обычно собираются военные?

Женщина задумалась ненадолго, улыбнулась, извиняясь:

— Я точно не знаю, особенно не интересовалась. Но в клубе “Экипаж”, кажется, много военных.

— Да-да, — поддакнул стоящий поблизости, прислушивающийся к разговору сухой старичок в старомодной шляпе, с тростью и в солнечных очках. — У меня сын работает на аэродроме, они с товарищами часто там отдыхают.

— Спасибо, — сказал Павел. — А как туда добраться?

— Лучше всего на такси, конечно, — улыбнулся старичок. — Но можно пешком: десять минут — и вы на месте. Идите прямо до третьего перекрестка, потом повернете. Пройдете до трамвайных рельсов, а уж там спросите.

— Спасибо, — еще раз поблагодарил Павел. Старичок улыбнулся ему:

— Сынка моего, если увидите, привет ему передавайте, они с друзьями каждую субботу там. Пусть домой забежит. Володей его зовут, у него пятно родимое под глазом. Сразу узнаете, если увидите.