Шрифт:
Моя лучшая подруга вышла для дачи показаний. Мне хотелось помахать ей рукой, улыбнуться, подмигнуть – подать какой-то знак, – но я могла лишь молча смотреть на то, что происходит. Бройлз немного поразмялся, забрасывая свидетельницу легкими вопросами, а потом игра пошла всерьез.
– Вы проводили вскрытие Сары Кэйбот вечером десятого мая? – спросил Бройлз.
– Да.
– Какие повреждения вы обнаружили?
Все взгляды обратились к Клэр, которая спокойно сверилась со своим кожаным блокнотом.
– Две огнестрельных раны, расположенных близко друг к другу в области груди. Первая пуля прошла навылет примерно шестью дюймами ниже левого плеча и двумя с половиной дюймами левее грудины.
Показания Клэр имели для меня огромное значение, но мои мысли невольно перенеслись в прошлое. Я снова стояла на темном пятачке Ларкин-стрит. Сара вытащила из куртки пистолет и спустила курок. Я упала на спину и растянулась на асфальте.
«Брось оружие!»
«Сдохни, сучка!»
Потом я выстрелила дважды, и Сара рухнула в нескольких ярдах от меня. Да, я убила эту девочку, и хотя выдвинутые против меня обвинения были абсурдны, совесть говорила мне – виновна!
Клэр описала второй выстрел, угодивший Саре в грудную клетку.
– Мы называем такие повреждения «К-пять», – произнесла Клэр. – Пуля прошла сквозь околосердечную сумку, пронзила сердце и застряла в четвертом грудном позвонке. Там я обнаружила металлический предмет диаметром девять миллиметров.
– Спасибо, доктор Уошберн. У меня больше нет вопросов к свидетелю, ваша честь.
Микки положил ладони на стол и поднялся с места.
– Доктор Уошберн, Сара Кэйбот умерла мгновенно?
– Практически да. Примерно через два удара сердца. Обе пули пробили его насквозь.
– Понятно. Скажите, доктор, вы обнаружили какие-нибудь признаки того, что убитая накануне стреляла из пистолета?
– Да. Я заметила небольшое потемнение в основании ее указательного пальца, которое свидетельствует о недавнем выстреле.
– Почему вы думаете, что это след от выстрела?
– А почему вы думаете, что ваша мама – это ваша мама? – ответила Клэр, и ее глаза сверкнули. – Потому что она на нее похожа, верно? – Когда смех затих, она добавила: – Кроме того, я сфотографировала это пятно, зафиксировала его в отчете и провела тестовый выстрел, результаты которого были обработаны в лаборатории. Все это позволило мне сделать окончательный вывод.
– Могла ли убитая выстрелить в лейтенанта Боксер после того, как сама подверглась нападению?
– Я не вижу, каким образом мертвая девочка могла в кого-то стрелять, мистер Шерман.
Микки кивнул.
– Вы провели баллистическую экспертизу тех выстрелов, которые привели к смерти Сары Кэйбот?
– Разумеется. Пули были выпущены снизу вверх под углом сорок семь и сорок девять градусов.
– Что ж, давайте подведем итог, доктор Уошберн. Сара Кэйбот первой стреляла в лейтенанта Боксер, и та открыла ответный огонь, уже лежа на земле, правильно?
– На мой взгляд, именно так все и произошло.
– Как вы считаете, это можно назвать противоправными действиями, «превышением должностных полномочий и халатным отношением к работе»?
Судья поддержала гневный протест Бройлза. Микки поблагодарил Клэр и сказал, что вопросов больше нет. Он вернулся ко мне с улыбкой. Я немного расслабилась и даже выдавила ответную улыбку. Но слушания только начались.
Когда я увидела взгляд Мейсона Бройлза, по моей спине побежал холодок. В нем читалось явное предвкушение реванша. Адвокату Кэйбота не терпелось вызвать следующего свидетеля.
ГЛАВА 17
– Пожалуйста, назовите свои имя и фамилию, – обратился он к стоящей на трибуне женщине, маленькой брюнетке чуть старше тридцати.
– Бетти Данджело.
На ее переносице сидели огромные очки в роговой оправе, и она поглядывала сквозь них на меня и Бройлза. Я переглянулась с Микки Шерманом и пожала плечами. Эта женщина была мне абсолютно незнакома.
– Кем вы работаете?
– Младшей медсестрой в Центральной городской больнице.
– Вы дежурили в приемном отделении вечером и ночью десятого мая?
– Да.
– Вы брали кровь у присутствующего здесь ответчика – лейтенанта Боксер?
– Брала.
– С какой целью?
– Ее собирались оперировать, извлекать пулю и все такое. Состояние было тяжелым. Она потеряла много крови.
– Да, да, я знаю. – Бройлз отмахнулся от ее замечания, как от назойливой мухи. – Расскажите об анализе крови.
– Анализ крови – обычная практика. Надо было подготовить ее к переливанию и…
– Мисс Данджело, я читал медицинский отчет о состоянии ответчика в тот вечер. Это довольно объемистый документ. – Он бросил пачку бумаг на свидетельскую кафедру и постучал по ней пальцем. – Это ваша подпись?