Будь все проклято!

Однако здравый смысл не мог соревноваться с ее инстинктивной потребностью вырваться из надоевшего заключения.

Войдя в ванную комнату, оформленную в черном и кремовом цветах, она положила халат на мраморный подзеркальный столик и хотела распустить узел на полотенце, когда ей на рот легла чья-то рука, спиной Дарси ощутила прижавшееся к ней жаркое сильное тело.

— Ш-ш, — прошептал мужской голос. Голос, который, как она мгновенно поняла, принадлежал Сальваторе. — Я не причиню тебе зла.

Она рывком высвободилась и повернулась, обжигая оборотня яростным взглядом. Он оказался именно таким красавцем, каким ей запомнился, хотя на этот раз надел не шелковый костюм, а узкие черные брюки и тонкий черный свитер.

И был все таким же опасным.

Даже при неярком освещении золотистые глаза предостерегающе мерцали, а узкое лицо казалось еще более хищным из-за того, что темные волосы были стянуты на затылке в короткий хвост.

Мимолетное истерическое желание завопить пронеслось у нее в голове, но было мгновенно подавлено.

Если он собирается сделать с ней что-то дурное, то криками ни черта не изменишь. Если Сальваторе решит, что хочет от нее избавиться, то вампир, охраняющий ее дверь, найдет только окровавленный труп.

Судорожно вздохнув, Дарси заставила себя расправить плечи и встретиться с его пугающими глазами.

Если ей суждено умереть, она предпочтет, чтобы у нее осталось хоть немного гордости. (Да, она смотрела достаточно старых вестернов и понимает, что это важно).

— Господи, да что вы все, помещались? Зачем так подкрадываться к людям? — возмущенно спросила Дарси.

Губы оборотня тронула улыбка, словно эта демонстрация отваги доставила ему удовольствие.

— Я хотел поговорить с тобой без свидетелей.

Она подозрительно прищурилась:

— Как ты сюда попал?

С ленивым изяществом он изменил позу, прислонившись к двери, и обнажил в медленной улыбке поразительно белые зубы.

— Охранная система здесь неплохая, но недостаточно хорошая. Нет такого места, куда я не смог бы проникнуть.

— Таким умением гордиться нечего.

— Это только одно из многих, уверяю тебя, — проговорил он, демонстративно обводя взглядом ее почти голое тело.

Ну и что?

— Чего тебе нужно?

Он прищурился. Несомненно, его изумило то, что Дарси не растеклась лужицей у его ног. Надо признать: тут было от чего растечься. Он был роскошный, сексапильный и опасный мужчина — большинство женщин сочли бы его неотразимым.

Однако ему не повезло: Дарси уже с лихвой хватило одного роскошного, сексапильного и опасного мужчины.

Один в сто лет — это ее предел.

Сальваторе несколько долгих секунд рассматривал ее, словно заново решая, как с ней обращаться. Что ж, такое с Дарси случалось достаточно часто.

— Я знаю, что вампир увез тебя против воли, — сказал он. — Я намерен тебя спасти.

Она смотрела на него настороженно. Она ни на секунду не поверила в то, что его идея относительно ее спасения совпадет с ее собственной.

— Прямо сейчас?

— А тут есть проблема?

— По правде говоря, да. Проблема есть.

— Почему?

— Потому что я тебе не доверяю.

Его лицо стало жестким. Вокруг сгустилась беспокойная энергия, от которой буквально звенел воздух.

— А вампиру ты доверяешь?

Дарси невесело усмехнулась:

— Пока он не причинил мне вреда.

— Пока? И ты готова рисковать своей жизнью, полагаясь на прихоть вампира?

Дарси пожала плечами. В такой постановке вопроса это выглядело невероятной глупостью. Но с другой стороны, разве не столь же глупо было позволить, чтобы ее спасал оборотень, из-за которого все неприятности и начались?

— А зачем тебе меня спасать? — напрямую спросила она.

Наступило напряженное молчание, словно он решал, не стоит ли ему просто перекинуть ее через плечо, и делу конец. Дарси напряглась, готовясь закричать, но он тряхнул головой.

— А ты не поверишь, что я просто хороший парень?

— Ни на секунду.

Он тихо и хрипло хохотнул:

— Я не стану отрицать того, что ты мне нужна.

— А зачем я могу понадобиться оборотню?

Он выпрямился, и жар его тела распространился по комнате.

— Ты знаешь?

Дарси судорожно проглотила ком в горле. Может, ей не следовало вообще упоминать об оборотничестве? Наверное, ему не хочется, чтобы эта информация оказалась в свободном обращении.

Как бы то ни было, изображать неведение было уже поздно.