Лайтбрингер Тимонг
Шрифт:
Шли сотни земных лет и шли тысячелетия. Все сильнее плутали люди в лабиринтах темных и невзрачных. И видя страдания людские от тьмы, ими впитанной, решился Бог тогда на шаг сострадательный. Сына Своего прекрасного, сиянием Отца озаренного, попросил Он в мир людской прийти этот, дабы Светом своим и Любовью своей помочь страждущим и наставить их на путь истинный. Но предали люди Сына Божественного, и тело его умертвили они, духу чистому не в силах повредить.
И горе на небе было великое и смятение. И плакали Ангелы светоносные из мира Тонкого, видя непонимание людское и тьму, стремились к которой люди многие.
И на самый последний, отчаянный шаг решился Бог тогда. И Сам спустился в мир Им сотворенный, дабы на себе испытать соблазны тьмы всей, людьми принятой, и отвергнуть их как негодные – и показать людям Путь тем самым. Первым и Последним стал Бог в мире этом, на краю бездны кружащимся, Альфой и Омегой стал Он, Сыном Человеческим. Ведь пришел Он в мир этот Им созданный человеком, дабы уйти из него живым возрожденным Богом.
И, узнав о Нем, живущим среди них всех жизнью простой и скромной, стали приходить к Нему люди. Один за другим приходили они и спрашивали.
И кричал священник Ему : “Сгинь, нечистый ! Не о Тебе говорил Сын Твой распинаемый, и не Тебя ждали мы. Да и не ждали мы Тебя вовсе, ибо не нужен нам Бог живой и праведный. И подобает разве Богу великому в дыре жалкой жить и в рай затащить за злато не пытаться, как мы то делаем ? Сгинь, самозванец !”
И смеялся политик над Ним : “Вот ты, проповедующий честность, теперь сам живешь отнюдь не в хоромах царских. Посмотри лучше, как мы, людей обманывая, себе дворцов понастроили ! Потому учись у нас, пока делимся мудростью своей житейской !”
И приходили больные, униженные и оскорбленные : “Нету в мире справедливости !”, - кричали они Ему.
– “Мы отдали тебе камни свои, с собою всю жизнь таскаемые, рассчитывая взамен крылья небесные получить – и где же исполнение желаний наших ? Или не о Тебе говорят как о Всемогущем иные ?”
И приходили к Нему гордые, и молча плевали в Него, перед другими красуяся.
И приходили к Нему жестокие, и расправиться с Ним грозилися.
И приходили к Нему умные, и в споры вступать бессмысленные философские пыталися.
И приходили к Нему лукавые, и на слове Его поймать стремилися.
И приходили к Нему простые, и мудростью слов Его наполнялися.
И приходили к Нему искавшие, и радостью сердца загорались у них, нашедших.
И приходили к Нему праведные, и молча смиренно склонялись перед Ним.
И приходили к Нему светлые, и огонь духа их ярче еще загорался от пребывания с Ним рядом.
Всех принимал Он, никому не отказывал. Ибо как можно отказать детям своим, к Отцу приходящим ?
И лишь где-то на стыке миров, невидимые для глаза человеческого, тикали часики громадные, время свое отстукивая до дня Судного, до дня оценочного. Момента Истины.
Но все же любил Бог детей своих всех – и жил в мире их с ними рядышком до поры до времени. И шанс давал каждому …
Но это было позже, намного позже. Пусть для Бессмертных время и не имеет значения.
А пока Бог сидел под огромным тенистым деревом на планете Земля – и мечтал. Он мечтал о новых прекрасных мирах …
Мир, в котором живет Бог
С любовью к Богу
Новорожденный Бог весело шагал по улицам города, название которого Он сейчас уже не помнил. Да и к чему Создателю помнить людские названия ? Разве что только для людей.
Солнце весело светило Ему вослед и лучи его играли в лужицах, оставшихся от недавно прошедшего дождя. Он очень любил такую погоду – и игривые Ангелы Стихий с благоговением и радостью в сердце выполнили эту Его просьбу.
А вчера над этим безымянным городом пошел снег, несмотря на то, что среднедневная температура достигала обычно 30 градусов в сторону “плюс”. А позавчера плотно затянутое тучами небо внезапно очистилось от всех белых пушистых фигурок за каких-нибудь пятнадцать минут.
Наверное, кто-то даже крестился или, скажем, клял синоптиков всеми цветами сияющей сегодня вдалеке над морской гладью радуги, начиная с серо-буро-малинового-в-крапинку. А Бог весело шагал вперед, вдыхая принесенный воздухом аромат моря и разбрызгивая капли воды из еще не высохших лужиц. Он был счастлив жить в этом сотворенным самим собой мире. Ведь что может быть лучше, чем почувствовать свое собственное творение изнутри ?