Вся эта история попала в газеты, наделала шуму, привлекла внимание мировой научной общественности к судьбе племени «Морских Богов». Но, главное, после публикации в газетах, на борт «Исследователя» пришла странная радиограмма, подписанная красивыми женскими именами.

Зигфрид прочел текст радиограммы, и на глазах его показались слезы… Это были слезы радости. Сколько прошло времени – пять, шесть недель?

Женщина рассмеялась, вспомнив, как Зигфрид рассердился на портового маляра, сделавшего ошибку в новом названии яхты. Какое там рассердился, просто был в гневе! И заставил маляра вновь выводить по борту слово «Нежность».

– Когда я в твоих объятиях, я чувствую твою нежность и сама испытываю нежность к тебе, – проговорила Дайана.

Зигфрид привлек к себе женщину и поцеловал милые губы. Стоя в обнимку, они продолжали следить за приближающимся парусником.

Вот уже можно разглядеть фигуры людей на палубе, затем и лица.

Рука Зигфрида на плече у Дайаны дрогнула.

– Это Марианна и Фабиана, да, да, это они! Какое чудо! Они приближаются, мои сестры!

На паруснике зарифили грот, скорость уменьшилась, судно сделало поворот. Зигфрид узнал в лице прекрасной молодой женщины, стоящей у штурвала, черты своего отца. Это была его сестра!

Не раздумывая, мужчина бросился в воду и через пару минут уже вскарабкивался на борт остановившегося парусника. Ему протягивали руки, громкие голоса выражали радость от встречи.

А потом была теплая вечеринка в кают-компании яхты. Рубиновое вино мерцало в хрустале, вспыхивали радостными огоньками глаза молодых женщин и мужчин.

Дайана познакомилась с сестрами Зигфрида, их мужьями, и моментально полюбила их, как родных. Одного из мужчин звали Меркюри, и Дайана сразу догадалась, кто он такой.

Сам Зигфрид смотрел на него спокойно, но настороженно. Что было, то было… Один блаженствовал, другой провел всю жизнь в изгнании, и только недавно вернулся в воды родного острова.

Мужчины пристально смотрели друг на друга. Оба высокого роста, у обоих голубые глаза. Затем взгляд Меркюри упал на медальон, который Зигфрид носил на груди.

– Я всегда помнил о твоем существовании, – проговорил Меркюри. – Только не знал, где искать тебя, – на суше или в море.

– А если бы знал, ты б действительно искал меня? Но зачем?

– Представь себе, для того чтобы с тобой познакомиться. Я отвечал за жизнь твоих младших сестер, которых отыскал в море. Я все еще надеюсь и на то, что жива королева Вапамоуто. Океан велик, островов много. Кроме того, я твой родственник, и в жилах моих детей тоже течет золотая кровь.

Глаза Зигфрида потеряли былое грозное выражение, он смягчился.

Мужчины пожали друг другу руки.

– В океане людям следует быть друзьями, это правило еще никогда никого не подводило. Не подведет и в будущем! – проникновенно произнес Меркюри.

– Знаешь, я тоже на это надеюсь. В нашей стране наступил мир, и, думаю, так будет всегда.

Дайана вспомнила все детали удивительной встречи поздно вечером, когда она лежала в постели и ее голова покоилась на плече мужа.

– Зигфрид, ты счастлив?

Приподнявшись на локте, мужчина посмотрел в лицо своей возлюбленной, освещенное полной луной.

– А тебя, дорогая, что-то беспокоит? Уж не мой ли разговор с Меркюри? Все обиды в прошлом. Я встретил сестер, их глаза полны надежды и любви. Возвращаться в прошлое я не собираюсь, нельзя сбежать от настоящего в свое детство или юность. Прошлого нет, оно только в наших мыслях, в мечтах. Сейчас у нас есть интересное дело, крайне важное для всех остальных людей, пусть они даже об этом и не догадываются. И мы с тобой с ним справимся, так ведь, моя любимая Дайана?

Зигфрид говорил с большой уверенностью. Как-никак он-то постранствовал по морям в поисках собственного счастья. И теперь вот оно, лежит в его объятиях. Прижав к себе Дайану, Зигфрид прошептал ей в самое ушко:

– Неужели ты не знаешь, что я счастлив с того самого дня, когда ты обнаружила меня на «Исследователе»? И что ты спасла меня для того, чтобы я избавил тебя от скучной и неинтересной жизни? Теперь ты родишь мне сыновей и дочерей с золотой кровью, мы обойдем все моря и океаны, и везде нас будут ждать открытия и сюрпризы.

Его губы прикоснулись к ее волосам, виску, шелковой коже щеки. Прижимая к своей груди нежное тело любимой, Зигфрид тихо добавил:

– А теперь я хочу тебе подарить вот это! – Он потянулся к тумбочке и взял с нее маленькое коралловое колечко. – Его отдали мне сестры, этот амулет называется кольцо Афродиты, он сохраняет на долгие годы молодость и красоту женщины, которая его носит. Кольцо уже несколько столетий принадлежит нашему роду, ты тоже потом наденешь его на пальчик нашей дочери, когда ее сердце проснется для любви.