– Я теперь уже и не знаю, то ли он сразу их такими делал, то ли они сами потихоньку перерождались. Самый старый уборщик у нас - вообще одна из первых моделей; гудит, как самолёт, но до сих пор работает, ни разу не ломался.

Портрет деда она никогда не любила. Он казался ей скучным и мрачным. И страшноватым, если честно. А тут присмотрелась внимательнее и обнаружила несоответствия, слишком нарочитые, чтобы оказаться случайными. Тогда и родилась идея найти реставратора, чтобы снять верхний живописный слой.

– Я несколько человек перебрала, но никто сюда ехать не хотел. Везите, говорят, сами, если надо. А я подозревала, что там внутри - как такое привезешь! Ну, а потом ты вот согласился...

Егор молча уставился в мерцающий кристалл в брюхе компьютера. Надо было или поверить и отказаться от всего опыта прежней жизни, или посчитать её сумасшедшей и бежать отсюда без оглядки. Но вот же портрет, хотя что там портрет - вот же смартфон радостно подмигивает, звони, куда хочешь.

"Мобильная связь там есть?" - "В доме есть"...

– Я думаю, может, это папа портрет замазал много лет назад, чтоб лишних вопросов не возникало. Только непонятно, кто надписи оставил. То ли отец всё-таки выход нашёл, то ли дед ему лазейку оставил... Или оно вообще не об этом. А может, - она побелела, - может, они вовсе не погибли, а на самом деле...

Маслов прятал глаза.

– Да нет, - хрипло оборвала себя Ольга.
– Таких чудес не бывает.

Ну да, а остальные бывают.

– Что думаешь делать?
– неловко спросил он.

– Открыть, конечно. Только надо сообразить, чего от нас хотят.

От нас. То есть Егор автоматически входит в команду избранных. Понять бы, рад он этому или огорчён.

– Допустим, про часы мы решили правильно, и дверь в той стене подвала.

– Портал, - уточнил он.

– Что?

– Портал. Ну, как обычно в книжках, между мирами.

– Да какая разница. Главное, чьё имя нам нужно и какие три червяка?

– Или "З". "З" плюс иероглиф.

– Тем более непонятно. Может быть, алхимический символ?

– Пойдём погуглим.

Егора уже не смущало, что интернет доступен посредством неведомого волшебства. В конце концов, для него и раньше вся эта электроника была сродни колдовству, так какая разница, микросхемы там работают или магические кристаллы!

Егор открыл глаза, судорожно глотая воздух. Простыни были мокрыми, хоть выжимай, а в глазах ещё стоял недавний сон: едва не задушившие его клубы жёлтого тумана и статуя с Ольгиным лицом. Только на этот раз статуя была железной.

Хорошенький такой кошмар. В самый раз после вчерашнего.

Они до двух ночи лазили в поисковиках, но толстого червяка в перевязочках-лапках не нашли.

– Может быть, это тоже надо смыть?

– Я с краешку попробовал, там ничего нет. Только исходная картина.

Её лицо было совсем рядом, глаза в мягком свете монитора отливали изумрудом. Волосы пахли свежо и чуть горько, где он чувствовал такой же запах?

– Может быть, виньетка? Зашифрованные инициалы?

– Грубовато для виньетки.

– И кстати, "останови именем" - это чьим?

– Понятия не имею. Папа был Александр Иванович.

Егор фыркнул и, не сдержавшись, расхохотался в голос.

– Ты чего!
– возмутилась Ольга.

– Ой, не могу... портрет, - еле выдавил Егор, - дедушка Ваня...

Ольга перевела взгляд на картину и тоже согнулась от хохота.

Когда приступ смеха прошёл, они некоторое время молча смотрели друг на друга, словно не узнавая. Потом медленно, будто во сне, Егор потянулся губами к невероятно красивому лицу. Бурного удушливого всплеска не было, скорее болезненная нежность, осторожное желание защитить. Но поцелуй на фоне недавнего потрясения, возле демонического портрета - в этом была такая голливудская фальшь, что Егор застыл на полдороге.

Наверное, Ольга тоже это почувствовала, потому что одним стремительным движением скользнула за дверь:

– До завтра. Спокойной ночи.

– Хозяин, спокойной ночи, - немедленно отозвался вездесущий Марвин.
– Гость, спокойной ночи.

И вот - ничего себе спокойная ночь. Что сказал бы Фрейд о подобном кошмаре?

На кухне Марвин нарезал копчёную скумбрию идеальными прозрачными ломтиками. Интересно, а руки он сам себе мыть будет, рыба-то жирная?

– Гость, здравствуй.