Лиза и Нильс продирались сквозь кусты ежевики, которая буйно разрослась по обеим сторонам насыпи, пока не увидели прямо перед собой курган. Он возвышался посредине луговой полосы, зажатой между заросшим железнодорожным полотном и кромкой леса.

На первый взгляд в кургане не было ничего примечательного: вершину холма срыли еще в седой древности, затем насыпали новую, из камней, создав округлый склеп с невысоким сводом, внутри которого проходила штольня, ведущая к древней гробнице. Покойника в ней, естественно, давно не было. Похороненный там кельтский вождь за столетия превратился в прах. Все ценное, что было в гробнице, растащили грабители. Остатки перепали любознательным исследователям, в течение последнего столетия довершившим разгром.

Теперь гробница пустовала, и никто больше не посещал ее.

Никто, за исключением Киры, Лизы, Криса и Нильса.

Гробница была их любимым местом пребывания, несмотря на трудности проникновения внутрь через забаррикадированный вход. Взрослому ни за что не удалось бы протиснуться сквозь щель между досками. Да и сами они через год-другой станут слишком велики для нее.

Но пока курган был их вторым домом. Друзья приходили сюда, чтобы отдохнуть от докучливых вопросов взрослых о школе и бесконечных «Вынесешь ты, наконец, мусор когда-нибудь?». Здесь они были предоставлены самим себе. Это был их мир.

Лиза и Нильс добрались до преграды из балок и досок в конец подъема, ведущего к гробнице. Чтобы разобрать баррикаду, потребовалась бы по меньшей мере бензопила. Только узкая щель зияла между двумя массивными балками.

Едва Лиза собралась проскользнуть внутрь, как Нильс остановил ее и прошептал:

— Подожди!

Затем он приник лицом к щели и позвал:

— Эй! Вы там, внутри?

Несколько секунд казалось, что ответа не будет, затем из темноты выступило бледное лицо Киры.

— Мы здесь! — прошептала она. — Давайте быстрее сюда и, ради бога, не шумите!

Вскоре Лиза и Нильс преодолели щель и поспешили за Кирой вниз по штольне к погребальной камере.

Крис, весь в нетерпении, уже ждал их. Обеими ладонями он прикрывал огонек свечи, не давая свету распространяться дальше входа.

— Если бы вы только знали, что с нами… — начал он.

Лиза перебила его:

— Мы все видели. Что, черт возьми, за тип преследовал вас?

Кира и Крис коротко переглянулись.

— Это Человек с Луны, — сказала Кира с чрезвычайно серьезным видом.

Нильс откинулся спиной на грубую кладку стены.

— Человек с…

— …с Луны, ты не ослышался, — подтвердил Крис. — Знаю, звучит дико. Но Кира права, он появился как раз после затмения.

Кира пристально посмотрела на Лизу и ее брата.

— Вы хоть на Луну после затмения смотрели? На ней же теперь ничего нет!

— Хочешь сказать, пуста, как моя сберкнижка? — спросила Лиза робко. Зная Киру и Криса не первый год, она понимала, что ребята чепухи нести не станут, во всяком случае в такой ситуации. Тем не менее больше всего это смахивало на белую горячку.

— На Луне больше нет пятен. Она сейчас белая и круглая, просто бильярдный шар.

— И вы думаете, — Нильс с сомнением поморщился, — эти пятна теперь здесь, в Гибельштайне? В виде настоящего мужчины?

Кира нервно дернула плечом:

— Во всяком случае, похоже. Это единственное объяснение, которое у нас есть.

Крис кивнул убежденно:

— Да, единственное.

Лиза возбужденно металась по гробнице. Помещение было совершенно пустым, даже каменный пьедестал, на котором в свое время лежал покойник, давным-давно вынесли отсюда.

— Он ведь нас найдет, не так ли? — спросила она, наконец успокоившись и остановившись. — Они ведь всегда нас находят. Из-за этих проклятых Печатей…

— Эй! — мягко остановила ее Кира и подошла ближе. — Не надо. Опять себя накручивать, я имею в виду. Нам от них все равно не избавиться.

— А ты вообще-то хотела бы этого? — раздался за ее спиной голос Нильса.

Кира круто развернулась, готовая к ссоре. Ее глаза грозно сверкали.

— На что ты намекаешь?

Однако Нильс не собирался сдаваться:

— Ну, твоя мама носила эти Печати всю жизнь. Ты ее дочь. Мне просто иногда кажется, что ты от этого получаешь какое-то нездоровое удовольствие.

— Удовольствие? Бегать по всему городу от монстра? — Она скривилась. — Я могла бы заняться кое-чем поприятнее.

— В самом деле? Например, присматривать за детьми?

— Хватит! Прекратите! — вмешался Крис.

Конечно, прав был Нильс, пусть даже Кира и не хотела признавать этого. С тех пор как они носят Печати, Киру так и тянет пообщаться с исчадьями ада, неважно, осознанно или неосознанно. Казалось, некая незримая сила побуждает ее ревностно продолжать дело матери.